— Мне бы хотелось, чтобы вы перестали таскаться сюда. Даже если Андрей здесь — он занят сыном, это не дом свиданий и не место, где можно объясниться в своих чувствах. — расправив плечи и подняв голову, она объявила. — А сейчас будет дельный совет, слушай внимательно. Мне нет дела до твоих метаний, будете ли вы с Андреем вместе, или ты так и останешься безответно влюбленной одноразовой любовницей. Но если ты продолжишь появляться здесь и мелькать перед моим сыном, я разозлюсь и из просто бывшей жены, без особого интереса наблюдающей за личной жизнью Андрея, превращусь в маму-медведицу и накинусь на тебя.
Так как Мария после этих слов не убежала и не стала обещать, что будет держаться подальше, Женя решила, что не отличающейся тщедушным телосложением девушке, которая почти на голову выше неё, трудно воспринимать такую угрозу всерьёз.
— Это не шутка. Даже если я не ударю тебя сама, то всё равно найду способ подпортить твою жизнь. И не важно — подлым будет этот поступок или нет. Надеюсь, мы друг дуга поняли?
Не дожидаясь ответа на вопрос, Женя подошла к своей квартире и скрылась за дверью.
Оказавшись дома, Евгения обнаружила, что Гриша уже успел раздеться, отстегнуть поводок от ошейника Тоньки и теперь, засунув руки в карманы домашних штанов, прохаживался по коридору, поджидая её возвращение.
Мальчику наверняка интересно, кто поджидал их у двери, и с кем и о чём мама разговаривала, оставив его одного. Женя, не желая врать, пыталась придумать, на что переключить его внимание, но вместо вопроса о нежданной визитёрше он спросил о другом.
— Полиционер Миша украл наш пакет с продуктами?
— Такого слова нет. — сдерживая смешок, чтобы не обидеть Гришу, объяснила Женя. — Есть слово милиционер, но теперь нужно говорить полицейский. Пакет Михаил взял подержать и скоро вернёт.
-.. и теперь у меня есть знакомый полицейский по имени Миша, он дружит с соседом Стасом. — закончил обстоятельный рассказ о том, что произошло в его жизни за неделю, которую он не виделся с отцом, Гриша.
Андрей решил, что ребёнок нуждается в просвещении, поэтому появился на пороге их квартиры в десять утра, когда Женя раздумывала, тащить ли сына с собой на прогулку с собакой или безответственно оставить его одного, сунув в руки пульт от телевизора. Мужчина объявил, что в одном из музеев города проводят экскурсию для юных исследователей и их родителей, и именно туда они с Гришей сегодня и направятся.
— На вчерашнем юбилее твоей тёти кто-то хвалился умным ребёнком? — понимающе спросила Женя. — Все дети разные, если их пятилетка знает английский, а наш нет, это не значит, что мы плохие родители.
— Речь не об этом. Ты ходишь с ним в кафе, Лёшка таскает в кино на мультики, плавание с дедом вы забросили, — недовольным тоном перечислил Андрей. — Наш сын растёт, и нам нужно расширять его кругозор.
— Плавать ему не понравилось, но если у тебя возникло желание водить его в какую-нибудь секцию, я только за! Главное привози его домой к ужину. — ответила Евгения, внутренне посмеиваясь над тем, насколько Андрей подвластен чужому мнению.
Она была уверена, что кто-то из пришедших на праздник гостей вчера похвастался успехами сына, племянника или внука, а потом спросил у Жениного бывшего мужа, как он развивает своего сына. Пятилетний Гриша в шахматы не играл, в спортивных соревнованиях не участвовал, рисунки его были больше смешными, чем талантливыми, и, наверное, Андрей не придумал, какими способностями мальчика он может козырнуть.
Конечно, Женя своим ребёнком гордилась и могла рассказать о том, какой он сообразительный, чуткий и добрый. Как ловко Гриша обыгрывает её в домино, как хорошо запоминает прочитанное дома, чтобы потом рассказать в детском саду. И как благодаря Саше, однажды пришедшей в гости с коробкой пазл, он открыл для себя интересное занятие, и скоро машинкам под Жениной кроватью придётся подвинуться и освободить место для стопки коробок из-под нового увлечения сына.
Но Андрей уже почти год не жил с ними и вряд ли за праздничным столом смог вспомнить то, чем любит заниматься их мальчик. Его можно было понять, наверное, это приятно — преисполнившись родительской гордостью рассказывать, показывая фотографии с соревнований или выступлений, о том какого талантливого маленького человека ты воспитываешь.
В общем, перекинув заботы о том, в чем ребёнок пойдёт в музей на мужчину, Женя погуляла с собакой, а вернувшись в квартиру, застала разговор отца и сына о том, что произошло у них в жизнь за последнюю неделю.
Пока её не было, Андрей с Гришей выбрали наряд для культпохода, заставивший её улыбнуться. Случайно так вышло, или Андрей таким способом тешит своё эго, но мальчик был одет так же, как и мужчина — синие джинсы и светлая рубашка.
Не став комментировать их выбор, Женя молча проследила за тем, как они обуваются, как Гриша с важным видом надевает парку и по примеру отца, накинувшего на плечи своё пальто, не застёгивает его, но потом чешет затылок, вздыхает и будто оправдываясь, говорит:
— Пока до машины дойдём — замёрзнем.
