— Я подготовился и собрал необходимые данные. — не стал сдавать своего информатора Руслан. — Но мы опять говорим не о том.
Некоторые мужчины вызывают умиление своим растерянным видом, это не лишает их мужественности, а лишь добавляет толику детской невинности, из-за чего возникает желание их приголубить, и как потерянного щеночка успокоить, погладив по головке. Таким был Андрей Майоров, и Женя не раз таяла, видя расстроенную гримасу на лице вначале жениха, а потом и мужа, и если не могла взвалить на себя возникшую проблему, то старалась поддержать морально, напоминая, что он самый лучший.
Но Руслан относился к другому подвиду. Есть такой сорт мужиков, которые созданы природой сильными и самоуверенными самцами, они хороши именно в этом состоянии, а когда приходится столкнуться с чем-то, в чём они плохо разбираются или вовсе беспомощны, то зрелище становится печальным. Признание своего бессилия для них сродни унижению, и дальше дело за разумом и силой духа: кто-то уходит в агрессию, а кто-то смиряется и обращается за помощью.
И глядя на Руслана, который хоть и не потерял привычный лоск, выглядел бледным и хмурым, словно был нездоров, Евгения почувствовала потребность вернуть его нахальную ухмылку, чьё место сейчас занимала постная мина.
— У меня есть кофе, коньяк, мятный чай и какао. — перечислила она, направляясь к холодильнику. — Есть ещё вино, но ужин готовить рано, а вприкуску с бутербродами мы его переводить не будем.
Видимо, смена темы была слишком резкой, потому что Руслан только молча таращился на Женю всё то время, пока она доставала продукты, а потом резала и мазала бутерброды.
— Эти с подкопченной икрой, эти с маслом и сёмгой, эти с плавленым сыром и огурцом, а ещё осталась парочка драников. К коньяку могу маслины достать. Что предпочтёшь?
— То же, что и ты.
— Значит, будем пить кофе. Только в этом доме никаких извращений, поэтом он будет с сахаром, а не солью. — припомнила она ему его нестандартные кофейные предпочтения, и крикнула. — Гриша, у нас гость.
— Зачем ты его позвала? — прошипел мужчина, но Женя не обиделась на это, ведь было похоже, что мужчина не разозлился, а испугался.
Руслан сидел спиной к кухонному дверному проёму, поэтому только Женя смогла видеть, как Гриша сначала выглянул из-за угла, чтобы подсмотреть, кто же пришёл, потом подтянул домашние штаны, пригладил футболку и только удостоверившись в том, что выглядит опрятно, степенно вошёл в кухню и протянул гостю свою худую ручонку.
- Здравствуйте, дядя Руслан.
— Привет, Григорий. — ответил на рукопожатие мужчина, растянув губы в неестественно-дружелюбной улыбки.
Женя похвалила себя за правильное воспитание сына, когда спустя две минуты ребёнок послушно отправился в зал с чашкой чая, бутербродом и обещанием не трогать упаковку мармелада до завтра.
— Ты ему драники не отложила. — указал Руслан на тарелку перед ним, после того как до них донёсся звук включившегося телевизора. Кажется, сделав пару глотков кофе, он стал чувствовать себе комфортней.
— Я их вчера жарила. Мы только свежие едим, эти думала таксе скормить. — сообщила Женя. — Но они в холодильнике были, так что кушай спокойно, не испортились.
Мужчина не стал кривить губы и отодвигать предложенное угощение, в два укуса проглотил первый картофельный оладушек, наигранно причмокнул и потянулся за вторым.
«Традиционно самодовольная рожа. — констатировала Женя. — Так-то лучше, теперь сможет спокойно рассказать, зачем пришёл».
И Руслан действительно собрался с мыслями и поведал о цели своего визита, а точнее поделился желаниями и выводами.
— Я хочу ребёнка. Пока я точно определился со стремлением оставить кого-то после себя, но постепенно оно перерастает в желание стать отцом. Быть родителем.
— Если ты говоришь о продолжении рода, то усыновление отпадает. — принялась рассуждать вслух Евгения. — А значит, тебе нужно найти женщину, готовую стать матерью, на подходящих условиях. Суррогатное материнство не рассматривается, потому что мать малышу ты точно не заменишь, да и у нас это всё полузаконно, поэтому выбирай ту, с которой сможешь поддерживать хорошие отношения на протяжении всей жизни. И главное заранее договориться о том, как это всё будет выглядеть: папа выходного дня, выплачивающий алименты, или же совместное проживание.
Она не понимала, почему именно с ней мужчина захотел обсудить это, но отказывать в помощи не стала. Её рациональная часть уже мысленно стала составлять примерный план того, как Руслану стоит выстроить отношения с предполагаемой будущей матерью его ребёнка, и как всё оформить, чтобы это имело юридическое обоснование, пока иррациональная ощущала обиду за то, что мужчина, разделивший с ней постель, так спокойно делится своими надеждами и планами, связанными с другой женщиной.
