Чинук крепко обхватил ее за плечи, чтобы утихомирить. От его прикосновения Юми быстро пришла в себя. Только тогда она поняла, что натворила, и вся сжалась от страха: «Совсем рехнулась! Мне нужно было на коленях умолять его, а не показывать недовольство. Конечно, все сказанное было правдой. Этот мир настолько несправедлив, что нельзя даже говорить то, что считаешь нужным».
В кабинете повисло тяжелое молчание. Чинук растерянно смотрел на Юми, которая от смущения прикусила нижнюю губу и пыталась не встречаться с ним взглядом. Через несколько мгновений все-таки собралась с силами и подошла к столу, проскользнув мимо Чинука. Достала контейнер из корзины, поставила на стол и поклонилась.
«Лучше всего прояснить ситуацию и уйти как можно скорее. Так и поступлю».
– Я сделаю все возможное, чтобы приготовить блюдо, которое сможет произвести на вас впечатление, – произнесла она сухим тоном и на ватных ногах направилась к двери.
– Юми, стой.
Услышав негромкий, но властный голос директора, девушка на мгновение замерла. Повернув голову назад, увидела его серьезное лицо.
– Позволь мне задать один вопрос. Почему ты ушла в то утро?
Юми выглядела ошарашенной:
– Хотите поговорить об этом прямо сейчас?
Чинук пристально посмотрел на нее и тихо сказал:
– Скажи мне, в чем причина?..
Юми молчала. Несколько раз пыталась начать и, глубоко вздохнув, наконец ответила:
– Честно говоря, не знаю, почему вам это так интересно. Мы всего лишь… – Она осторожно подбирала слова, продолжая избегать взгляда в глаза. – Мы ведь даже не встречались.
Губы Чинука слегка дрогнули, как будто от шока и обиды. Но уже через мгновение его лицо вновь стало непроницаемым.
– Мне пора. – Юми медленно повернулась и вышла из кабинета.
«Так, значит… Я был для нее просто встречей на одну ночь?»
Чинук тоскливо смотрел на закрывшуюся дверь.
«Ужас!»
Юми не могла нормально стоять и вся дрожала. Она шла осторожно, опираясь о стену. Только что сказанные слова исчезли из ее памяти. Перед глазами темнело, а в груди было так тесно и душно, будто что-то внутри нее сломалось… С потерянным видом Юми подняла голову к потолку.
«Проще уволиться. Он такие условия выставил, так что чем не повод? Кто знает, какое блюдо может произвести на него впечатление?! Какой привереда, императором себя возомнил!»
Юми не могла поверить, что встреча на одну ночь могла привести вот к этому.
«После такого я и близко не подойду к мужчине, которого не знаю. Больше никогда… Хотя, кажется, уже слишком поздно».
Она печально побрела в столовую.
– Ого, Чинук! Какими судьбами? Давненько я тебя не видел… – удивленно спросил Чхольмин.
Чинук в одиночестве пил виски. Вместо приветствия он залпом осушил стакан и взял бутылку, чтобы снова его наполнить.
– Что происходит? Что с твоим лицом? – в голосе старого приятеля слышалось беспокойство.
– Дружище… – Чинук открыл рот, как будто что-то бормоча, и стал размахивать стаканом, – я же… На самом деле совсем не такой, ты ведь хорошо знаешь…
– Что за бред ты несешь? Еще даже полуночи нет, а кто-то уже в стельку.
– Ох-х… – глубоко вздохнул Чинук вместо ответа.
Голос Юми все еще звучал у него в голове. Чинук пристально посмотрел на стакан с виски, поднял его и залпом выпил. Затем поставил на стол и скривился. Виски был крепким.
– Как же паршиво…
– Да что с тобой?! Не из-за девушки же ты такой! Что-то с компанией? Опять отец замучил?
– Дружище…
– Что?
– Можешь поверить, что я стал для кого-то парнем на одну ночь, просто развлечением? – неразборчиво пробормотал Чинук и горько улыбнулся, налив себе очередную порцию скотча.
Чхольмин нахмурился, глядя на друга, и спросил:
– Кто осмелился сказать такое?
Но тот лишь тяжело опустил глаза.
«Мной просто воспользовались? Теперь, когда убедился в этом, меня должно трясти от злости… Я должен ненавидеть ее… но не получается. И от этого еще больнее».
– Она просто ушла, ничего не сказав… Ох… – Чинук больше не мог говорить и, тяжело вздыхая, поднес ко рту стакан и опрокинул в себя содержимое. От виски шел тяжелый и сильный аромат. Алкоголь тек по пищеводу, обжигая его, и в груди разливалось тепло. – А для меня эта девушка… – Он горько улыбнулся и прошептал себе под нос: – Но она ушла…
Юми знала, что все так и будет! Ее не уволили, и она была не просто рада, а бесконечно благодарна за это. Всю неделю готовила Чинуку завтраки, обеды, ужины и перекусы по требованию, будто послушная невестка, пытавшаяся угодить свекрови. Причем Чинук вел себя, именно как придирчивая свекровь.
– Если бы кое-кто внимательно прочитал отчет, то знал бы, какая еда может меня впечатлить… – недовольно сказал он, открывая крышку контейнера.
– Простите. Была бы признательна, если бы вы уточнили, что я упустила.
– Во-первых, твое отношение. Ты приготовила полуфабрикат? Или использовала свежие ребрышки?
