Юми учла вкусовые предпочтения, приготовила стейк и нашинковала петрушку. Делать из еды мордашки или рисовать соусом уже не стала, а просто положила рядом со стейком круглую сладкую тыкву, японские трюфели и спаржу. Может, и не ресторан роскошного отеля, но уровня стейк-хауса она точно достигла. Юми вытерла салфеткой соус с края тарелки и довольно улыбнулась.
В кармане зазвонил телефон. Увидев, что звонит Учжин, ответила:
– Ужин уже готов!
– Ох, я позвонил слишком поздно…
– М-м-м?..
– Он не хочет сегодня ужинать…
– Понятно…
В ее планах было произвести на директора впечатление вкусным стейком… но все отменилось. Она угрюмо повесила трубку.
«Ты всегда ел три раза в день, но почему-то именно сегодня…» – Юми зашла в переписку с Чинуком и изумилась: фотография в профиле изменилась на картинку страшного черепа, а статус гласил: «Сердце разбито!!!»
«Почему тут три восклицательных знака? Не один, а три! Вчера там точно было многоточие… Что это за зловещий восклицательный знак? Точно, он увидел пальто! Или скол на шкатулке! А может, и то и другое! Что же мне делать?!» – Юми не могла найти себе места.
Чинук перевел взгляд с контейнера на Учжина:
– Я же сказал, что не буду ужинать.
– Да, но диетолог Ли Юми принесла его, чтобы вы съели хотя бы кусочек.
«Когда это она начала думать обо мне?»
Когда секретарь вышел из кабинета, Чинук неохотно взял контейнер и открыл его.
– Что?..
Внутри была очередная записка от Юми.
Ему показалось, что он уловил намек. После этого резко вскочил и скомкал записку: «Нет! Эта женщина!.. Подшутить надо мной вздумала?!»
Юми уже переоделась, когда Учжин принес контейнер назад. Она открыла его и грустно посмотрела на нетронутый стейк. Учжин сразу ушел, но его властный голос до сих пор раздавался у нее в ушах.
– Директор был очень зол. Что ты написала в записке?
– Что в контейнере стейк, и все… – Юми еле сдерживала слезы.
«Ну и ладно! Зануда без чувства юмора!» – подумала она, но вслух сказала:
– Извините… моя ошибка.
«Ошибка? Ха, решила побольнее меня уколоть? – Вернувшись домой, Чинук стал нервно расхаживать перед столом, на котором стояла треснутая шкатулка. – Да она… Да что она вообще!..» Он внезапно остановился, бросил взгляд на шкатулку и схватился за голову, будто злился не на нее, а на себя. «Зачем оставил ее здесь? Что это, черт возьми, такое!» – В порыве ярости он хотел швырнуть шкатулку в мусорку, но остановился. На него смотрела милая мордашка.
«Это еще что?» – удивленно вздохнул Чинук и сделал шаг назад. Наклонился и поднял какую-то вещь, лежащую между столом и мусорным баком. До этого он много раз проходил мимо, но ничего замечал. А сейчас нашел плюшевого кролика.
«Откуда?..» – Чинук о чем-то задумался и почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– О, ты уже здесь? – Уставшая Юми доплелась до Хёнтхэ, который передавал клубничное молоко Тонгу. Братик жалобно плакал.
– А мама где?
– Эм-м… отошла на некоторое время. – Хёнтхэ неловко улыбнулся и взял телефон со стола. – У нее сейчас встреча…
Хотя на самом деле не встреча, а съемки – Михи снималась в рекламном ролике какого-то магазина без ведома Юми. Хёнтхэ быстро спрятал телефон, на котором они с Тонгу смотрели этот ролик.
В кадре Михи с аппетитом пробовала соленого краба, соблазнительно подмигивала в камеру и говорила: «Закажите прямо сейчас!»
Юми покачала головой:
– Она вечно оставляет Тонгу на тебя, извини.
– Не извиняйся, мне теперь без него скучно.
– Спасибо, Хёнтхэ.
Она взяла брата на руки:
– Малыш, иди сюда. Сейчас поднимемся наверх и умоемся.
– Кстати, ты не видела кролика Тонгу? Я все магазины обошел, но такого нигде нет. Он дорожит им больше всего…
– Ма-а, мой клолик… – захныкал Тонгу, уткнувшись в плечо Юми.
– Давай сейчас умоемся и ляжем спать, а завтра вместе найдем его, хорошо? У меня сегодня был трудный день, и я очень устала, – вздохнула Юми и похлопала братика по спине.
Вдруг раздался телефонный звонок.
«Только не этот рингтон… Мистер Привереда!»
Юми вмиг погрустнела, и Хёнтхэ с любопытством посмотрел на нее. Она неловко улыбнулась, отвернулась, глубоко вздохнула и ответила на вызов:
– Алло?..
– Ты где? – перебил ее Чинук.
Его голос звучал страшнее, чем обычно. Юми нервно сглотнула:
– Что? Дома…
– Приезжай. Мне нужно кое-что сказать.
– С-сейчас?
– Да. Прямо сейчас!
Не стоило оставлять Тонгу одного. Скоро в пабе начнется наплыв клиентов, и Хёнтхэ будет занят…
– Может, перенесем разговор на завтра? А то я…
– Хорошо, тогда приеду к тебе сам.
– Что? Нет, там…
Чинук бросил трубку раньше, чем ей удалось сказать что-то в свое оправдание. Обескураженная, Юми плюхнулась в кресло с Тонгу на руках. Хёнтхэ все слышал и обеспокоенно спросил:
– Что случилось? Кто это был?
– Смерть… Смерть с косой пришла за мной… – ответила она, глядя в одну точку.
– Ма-а, мой клолик… клолик, – плакал Тонгу, прижимаясь к сестре.
