– Мужчины не играют. – Что-то в его взгляде изменилось. Исчезло веселье. Игривость. Бастиан Арманелли сжал мое горло и отбросил маску, которую носил перед всеми остальными.
Позади меня стоял король монстров, главнокомандующий безжалостной армией. Он окинул меня пристальным взглядом, оставляя на моей шее жаркий след, и у меня перехватило дыхание.
– Наклонись. – Затем толкнул меня в спину, и я упала вперед, цепляясь за кровать. Моя задница оказалась прямо перед ним, и он, не медля ни секунды, стянул мои штаны вниз и зарычал, увидев мои красные трусики, но затем снял и их.
Я слышала, как он разрывает упаковку с презервативом, и ждала, когда он подойдет ближе и ворвется в меня.
Но он медлил.
В конце концов я оглянулась, желая посмотреть, что он делает, и, как только наши взгляды встретились, он резко опустил руку на мою задницу. Я вскрикнула от боли, однако удовольствие пронзило каждый нерв.
Бастиан покачал головой.
– Нет, недостаточно.
Когда его крупная, покрытая мозолями ладонь снова коснулась моей плоти, я ахнула, выкрикнув его имя.
– Я буду наказывать тебя каждый раз, когда ты станешь сравнивать меня с кем-то, ragazza, – прорычал он, массируя мою покрасневшую плоть.
Я хныкала от этой ласки, между ног все сжималось в ожидании нового наказания. Грань, которую большинство мужчин не пересекали во время интрижки? Бастиан не колеблясь нарушил ее, и мое тело приветствовало его решение. Я не думала, что мне придется по душе такое отношение, вот только сорвавшиеся с моих губ слова стали тому подтверждением.
– Лучше накажи меня, как следует, тогда я запомню, что ты не терпишь сравнений, папочка. Но все равно сомневаюсь, что ты способен продержаться всю ночь.
Одной рукой он провел по моему бедру, а другой погладил клитор, а затем поддразнил вход. Жгучее удовольствие пронеслось по моим венам со скоростью бурного потока.
– Какая мокрая. Уверена, что продержишься долго?
Затем он ввел в меня два пальца, и я застонала, прикусив губу. Теперь я потерялась в нем и ощущениях, которые он дарил мне.
– Мокрая и тугая. Похоже, тебя трахают одни мальчишки, да? – Я была не в состоянии продолжать игру. Еще чуть-чуть, и я бы переступила черту. – Правильно. Стони, как настоящая хорошая девочка, – прошептал он мне на ухо. – Скажи, для кого ты так сильно возбудилась.
Не успела я поддаться экстазу, как Бастиан вытащил из меня пальцы и снова шлепнул по заднице.
– Морина, задавая вопрос, я ожидаю услышать в ответ свое имя.
Я зло посмотрела на него, недовольная тем, что он не дал мне кончить.
– Может быть, я возбудилась из-за кого-то другого.
Он сжал мой подбородок и, удерживая взгляд, провел большим пальцем по моей нижней губе.
– За такие слова я сейчас снова трахну твой рот, а ты подчинишься. Потому что у тебя охрененно хорошо получается выполнять команды.
Затем Бастиан резко толкнулся в меня, не дав времени проанализировать его слова или грубость. Задница по-прежнему горела, но удовольствие от ощущения его члена внутри затмевало все.
Кровь прилила к попе, а киска сжалась вокруг пульсирующей длины, и у меня закружилась голова. Я едва могла дышать, не говоря уже о словах.
Бастиан трахал меня так, словно ему принадлежала и я, и весь остальной мир. Раньше по отношению ко всем остальным он проявлял учтивость, но сейчас был совершенно другим. Я стала свидетелем безоговорочного доминирования, при котором он ни под кого не подстраивался.
Однако меня это не пугало. Я встречала его движения, толкаясь к нему и снова выкрикивая его имя.
Когда я кончила, он зарычал и потянул меня за волосы, вынуждая выгнуться и плотнее прижаться к нему задницей, а потом последовал за мной.
Обессилев от интенсивности наших действия, я упала на кровать и отключилась.
Понятия не имею, сколько спала, но когда проснулась, в окно проникал луч солнца. В самолете было тихо, – свидетельство того, что мы уже приземлились. Бастиан сидел на кровати, закинув одну татуированную руку за голову, и смотрел на улицу.
Он не поворачивался в мою сторону, поэтому не знаю, как он понял, что я проснулась.
– Рад, что удалось отвлечь тебя от момента приземления.
Прогнав тепло, возникшее в груди из-за того, что его могло заботить нечто подобное, я проворчала:
– Точно.
Он кивнул в сторону окна.
– Это место сохранилось в своем первозданном виде. Я купил остров лишь для того, чтобы наблюдать за восходом солнца. Безусловно, самый нелепый поступок в моей жизни… и самый лучший.
Бастиан говорил спокойным и нежным голосом, снова вернувшись к амплуа делового человека.
Я села и обернула вокруг себя простыню.
– Полагаю, чтобы получить полноценный вид, нам лучше выйти на пляж?
Когда Бастиан повернул голову и посмотрел на меня, его взгляд смягчился, а появившаяся на лице улыбка совершенно не походила на улыбку того восхитительно безжалостного мужчины, с которым я имела удовольствие познакомиться ночью.
Я оставила свою одежду, отдав предпочтение простыне, тогда как Бастиан натянул боксеры и сказал пилоту опустить трап.
