– Ну, не знаю. Ты единственный, кого я там вроде как знаю, а мне не нравится оставаться одной в странных, роскошных местах, где я легко могу что-нибудь разбить или испортить. У тебя в столовой стол целиком из стекла. И на нем нет ни скола, ничего. Я хотела приготовить смузи, но блендер выглядит так, словно сделан из хрусталя. А мне совсем не хочется разбить что-то из твоих вещей и…
– Наших.
– Что?
– Наш стол, наши вещи. Теперь ты живешь там со мной. Все общее.
– Отлично, как скажешь. Ты знаешь, о чем я.
– Морина, шесть месяцев достаточно долгий срок. Тебе нужно привыкнуть к квартире, а значит, перестать думать о ней так, будто все там принадлежит мне.
– Но ведь так и есть, – почти вскрикнула я. Затем стиснула зубы и отступила, снова опустив руку в карман. – Спокойствие, – прошептала я.
– Что? – не понял Бастиан.
Вздохнув, я достала кристалл.
– Просто иногда ношу с собой кристаллы. Они должны помочь мне успокоиться.
– Морина, я заставляю тебя нервничать? – его взгляд скользнул к карману моих джинсов, затем медленно вверх.
Мне было тяжело наблюдать, как он внимательно рассматривает мое тело, а потом останавливается на моих губах. Я прикусила нижнюю, после чего ответила:
– Вряд ли ты намеренно это делаешь. Я верю, что ты на самом деле хочешь, чтобы все получилось. Но вряд ли ты думаешь о ком-то, кроме себя.
Он поднял бровь.
– Тогда меня можно назвать нарциссом.
Я жаловалась и пыталась обижаться, хотя из нас двоих именно я тогда не сдержала обещание и не позвонила.
– Мы оба знаем, что это неправда. Самовлюбленный человек не стал бы сидеть со щенком и сумел бы отказать Айви. Бог свидетель, нарцисс не стал бы доводить меня до оргазма столько раз, сколько сделал ты за… – Я быстро прижала ладонь ко рту и закрыла глаза. – Забудь, что я это сказала.
В ответ Бастиан дернул меня за волосы, побуждая взглянуть на него. Поймав мой взгляд, он ухмыльнулся.
– И нарцисс точно не заставил бы тебя столько раз выкрикивать его имя, да?
– Боже! – Я шагнула назад и вытянула руку. – Теперь ты шутишь о той ночи?
Бастиан пожал плечами.
– Морина, это всего лишь одна ночь.
Ощущая необходимость защититься, я скрестила руки на груди.
– Я в курсе.
– Нам должно быть комфортно в обществе друг друга. Я ошибся, когда намеренно избегал возвращения в пентхаус.
– Хорошо. – И что дальше?
– Нам предстоит устроить для мира настоящее шоу. С таким же успехом можно расслабиться и попытаться получить от этого удовольствие.
– Согласна. – Перекатывая кристалл между пальцами, я пошла обратно к Айви с Кейдом.
– Ты всегда носишь с собой эти кристаллы? – Бастиан указал на другие, которые лежали у меня в карманах.
– Почему ты задаешь столько вопросов?
– Придется к этому привыкнуть. Отныне я намерен чаще находиться рядом.
– Зачем?
Внезапно Бастиан оказался слишком близко.
– Потому что ты моя невеста, Морина.
Я не стала зря тратить время и поправлять его. Для всего остального мира мы играли именно эти роли.
Когда мы вернулись в зону для посетителей, я обняла Луну. Айви призналась, что никогда не встречала никого милее ее.
Улыбнувшись, я согласно кивнула, уткнувшись в мех щенка.
Затем пошла вернуть Луну в клетку.
– Малышка, все хорошо. Здесь тебя никто не обидит. Это твой дом, и я найду тебе идеальный, такой же хороший, как и твоя удобная кровать.
Она дважды повернулась на кровати и только потом улеглась. Я задула свечу у окна, а потом вывела своего жениха и его маленькую семью на улицу.
Пришло время закрывать дверь, и Бастиан подошел ко мне.
– Когда в следующий раз будешь запирать приют, я должен быть рядом, договорились?
Я удивленно посмотрела на него, он стоял в темноте, нависая надо мной, словно телохранитель. Мысль о том, что отныне я не смогу делать это самостоятельно, пугала.
– Бастиан, я занималась этим годами.
– И ты много лет работала в фургоне, однако я не стану рисковать.
Я хмыкнула и все-таки ничего не ответила. Уверена, он не всегда сможет присутствовать дома по вечерам, и тогда я разберусь со всем сама, как и привыкла.
– Скажи, что ты услышала меня, piccola ragazza, – прошептал он. От его голоса кожу обдало жаром. Лишь пара слов, и ему практически удалось загипнотизировать меня и заставить согласиться.
Я прикусила губу.
– Сообщу тебе, если мне надо будет прийти сюда вечером, идет?
Он задумчиво посмотрел на меня, а потом коснулся моих волос.
– Договорились.
Морина – единственная, кого мне хотелось заставить выполнять приказы. Ей нельзя расхаживать в темноте одной, так что я был готов надавить на нее.
Озвученные возражения были лишены смысла.
Ее желание делать все самостоятельно и удерживать людей на расстоянии подтверждало, что она достаточно умна, чтобы избегать привязанности и даже малейшего шанса на душевные терзания. Я наблюдал, как она ведет себя с Луной. В какой-то момент она нахмурилась и даже отвернулась, чтобы вытереть слезы. Несмотря на явную любовь к щенку, она отказывалась забирать малышку из приюта. И все равно с легкостью отправлялась поздним вечером закрывать здание, совершенно не переживая о собственной безопасности.
