– До этого я жил не здесь. – Я закрыл газету.
– Что? – Она ошарашено посмотрела на меня и замерла у островка, на котором благодаря ее стараниям появилась своего рода оздоровительная зона.
Я вздохнул, досадуя на собственную оплошность.
– Я купил это место для нас.
– Не может быть. Когда я пришла сюда, ты все показал мне, как будто… – Она покачала головой.
– Я приобрел пентхаус совсем недавно. Он не так далеко от воды, плюс решил, тебе понравится плитка, напоминающая об океане, – я говорил как идиот и настоящий подкаблучник.
– Ты о плитке в ванной? – Она шокировано открыла рот. – Бастиан, мне нечем отплатить тебе за это.
– Мне это и не нужно. – Я потер глаза. – Просто… Просто говорю, что после развода тебе есть где жить. Вот и все.
Я снова поднял газету, но Морина подошла и положила на нее руку, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Я не жду, что ты оставишь эту квартиру мне, и все равно спасибо, что купил ее.
Даже несмотря на то, что мы были в хороших отношениях, между нами что-то происходило. Мне никак не удавалось придерживаться выбранного курса, потому что хотелось, чтобы Морина стала для меня чем-то большим, чем партнером во временном браке. И я не знал, как справиться со своими чувствами. Сомневался, что у меня вообще получится.
Она вздохнула, хлопнула в ладоши и отошла.
– Так, ладно, сегодня вечером я вернусь из фургона и…
По всей видимости было бесполезно продолжать отговаривать ее.
– Мой водитель отвезет тебя к фургону, а потом домой. – Я снова опустил взгляд на газету. – И будет охранять тебя, пока ты будешь там.
– Ты хочешь, чтобы кто-то оставался со мной в фургоне? – спросила она так, будто я предлагал ерунду. – Нет.
Я посмотрел на руку, которой держал газету, и на свое новое кольцо. Морина выслушала историю о моих родителях и, когда я сказал, что убил собственного отца, не отпрянула в ужасе. Она приняла ту часть меня, которую иногда отказывался принимать я сам.
Только за одно это я был готов всегда защищать ее, даже если она не видела в этом необходимости.
– Да, Морина. Пожалуйста, не спорь со мной по пустякам. Разве тебе как-то помешает присутствие рядом человека?
– Во-первых, в фургоне мало места, а во‐вторых, он будет помогать мне готовить смузи?
– Будь уверена, если захочешь, он поможет.
Она вскинула руки, потом подошла к соляной лампе и положила их на нее. Девушка закрыла глаза, постояла так несколько секунд, а затем открыла и посмотрела на меня. В темно-голубых глазах плескалось спокойствие.
– Я соглашаюсь на это лишь потому, что ты начинаешь мне нравиться.
Я улыбнулся, на что она закатила глаза и пошла по коридору.
Наблюдая за ее походкой, я надеялся, что футболка поднимется чуть выше и оголит задницу.
– Морина, тебе стоит надевать на работу шорты. – Потому что мне так было спокойнее, но я тут же придумал другую причину. – Скорее всего, поблизости будут папарацци.
Подняв взгляд через несколько минут, я увидел, как она вылетает за дверь в черном бикини и пляжных шортах, и тогда похвалил себя за то, что не крикнул ей пойти переодеться.
Я продержался целый час и не позвонил ей, а даже сварил себе кофе, и только потом пошел надевать шорты.
Этой женщине следовало взять футболку. Отказываясь сделать это, она явно хотела свести меня с ума, и мне было плевать на мнение остальных.
Я вел «Роллс-ройс» с явным превышением, а когда подошел к фургону, был вынужден отстоять чертову очередь, потому что появление Морины и отсутствие таблички о закрытии вызвало ажиотаж.
Конечно, часть из посетителей составляли репортеры с камерами, но большинство – местные жители, которые говорили Морине, что скучали по ней.
По натуре она была эксцентричной одиночкой. Никогда не слышал, чтобы она разговаривала по телефону с Линни, но, похоже, все готовы были мириться с этим.
Подождав, пока толпа рассеется, я подошел к окну. В нос ударил насыщенный богатый аромат.
– Сегодня ты продаешь кофе?
– Да. – Она прищурилась, словно призывая меня не спорить. И обычно я бы именно так и поступил. Я привык сглаживать углы, и у меня это отлично получалось.
– А как же смузи?
– Сейчас зима, так что время подходящее, но причина не в этом. Дело в том, что я готовлю кофе, потому что… – Она развернулась и махнула рукой себе за спину. – Бастиан, у меня есть целая станция для приготовления кофе!
Яркая, дерзкая улыбка на ее лице ослепляла так же, как солнечные блики на воде. Когда она смотрела на меня вот так, я не видел для нас никаких преград или препятствий. Я видел лишь Морину Арманелли, свободную, красивую и полную жизни.
Она наклонилась, высунулась из окна, схватила меня за футболку и притянула к себе.
– Это твоих рук дело, так что я должна поблагодарить тебя. – Она накрыла мои губы своими и, не стесняясь, поцеловала меня. Нас обдувал соленый ветерок, а Морина целовалась со мной у окна фургона, а потом отстранилась и радостно вскрикнула.
– Бастиан, мне очень нравится эта машина. А еще здесь есть блендер! Настоящее произведение искусства. И кто-то поставил целую полку с эфирными маслами. Это тоже сделали по твоему приказу?
