– Действовать вместе? Точно. Именно так. – Морина покачала головой, словно не соглашаясь. – Бастиан, ну что за парень. Всегда готов к сотрудничеству и компромиссам. Жаль, что он не знает, как действовать решительно и как рискнуть вместе со мной. И его настоящего я вижу лишь по ночам, а наутро он превращается в совершенно другого человека. Это полная хрень.
– Что ты сказала? – переспросил я, уверенный, что ослышался.
– Мне не нужен Бастиан. Я хочу Себастиана Арманелли, мужчину, который знает, как взять то, что ему принадлежит и заявить о своих правах. Но если ты не он, то иди на хрен. – Морина выплюнула эти слова и повернулась, намереваясь уйти.
Она указала на все мои пороки и преподнесла их мне на блюдечке. Из-за того, что она увидела то, что не был способен заметить кто-то другой, мне захотелось наказать ее, жестко трахнув, а потом заняться любовью. Она пробудила во мне дьявольского грешника, настоящего мафиози. И я не желал скрывать его от нее. Хватит.
Бастиан исчез, и я резко дернулся вперед.
Он рывком притянул меня к себе и впился в мой рот, пожирая мой гнев.
Затем обхватил лицо ладонями, будто никогда не собирался отпускать, а потом поцеловал в шею и провел зубами по коже, словно в качестве напоминания, что я принадлежу ему.
– Bellissima, ты сводишь меня с ума.
Слово на итальянском слетело с его губ, и я обняла его за плечи, пытаясь не упасть. Он прижался ко мне, скользя руками по моей спине и заднице.
Мы потерялись в моменте, пока, цепляясь друг за друга, пытались наверстать упущенное за недели разочарования и нужды.
– Пожалуйста, прошу, – умоляла я, сама не понимая, о чем именно.
Он отстранился и, держа меня на расстоянии вытянутой руки, изучал мое лицо в тусклом свете зоны для посетителей.
Не успела я сказать хоть слово, как он перекинул меня через плечо.
– Что ты… Куда мы идем? – заикаясь, спросила я, вися вниз головой, пока он поглаживал мое бедро. Я не сопротивлялась, потому что хотела отдаться ему.
Здесь. Дома. Где угодно.
Эта ситуация назревала давно, и я понимала, что через несколько месяцев меня ждут последствия в виде разбитого сердца, но мне было все равно.
Я привыкла жить, руководствуясь желаниями.
– Отойду подальше от входных дверей на случай, если сегодня кому-то придет в голову подбросить собаку.
– Хм, похоже, папочка не любит зрителей, – поддразнила я, помня, что он недавно сделал на глазах у стольких людей.
Он шлепнул меня по заднице.
– Мне не нравится, когда кто-то смотрит на тебя, Мо.
Он хотел пройти в комнату с клетками, но я остановила его.
– В заднюю комнату. Там на нас никто не станет лаять. – А потом я потерлась промежностью о его плечо, стремясь еще сильнее распалить. Проходя через вращающиеся двери, Бастиан зарычал. Он опустил меня вниз по своему телу, не спеша провел руками по бокам, и только потом поставил на пол.
– Твое тело принадлежит мне, Морина, – прошептал он.
Все еще ощущая тепло его рук, я прикусила губу.
– Всего на несколько месяцев.
– Уверена в этом?
Ответила кивком.
– Как ты сам сказал, пока мы женаты. Но только помни, – я постучала по пальцу, на котором было надето мое самодельное кольцо, – после этого тебе не придется носить его. Ты будешь свободен, и я тоже.
– Но до тех пор ты моя.
Я пожала плечами и посмотрела на свои ногти, словно меня не волновали его правила.
– Бастиан, у нас договорной брак. И все ради того, чтобы ты получил долбаные акции.
Во мне говорила обида, я все еще злилась.
Как и он. Но я хотела увидеть эту сторону его натуры. Я была готова встретиться с Себастианом. Жаждала удовольствия, боли и мучений, которые он дарил мне.
Мне не терпелось получить то, что он скрывал от всех остальных.
Бастиан медленно обнажил зубы, словно улыбаясь, но нет, в его оскале не было радости. Мой комментарий взбесил его, хоть он и пытался это скрыть. Я была плохой женой, если меня вообще можно было считать женой. И я разочаровала его.
Не успела я осознать, что происходит, как он притянул меня ближе, поцеловал и прижал к стене питомника. Я ласкала его мягкие требовательные губы, наслаждаясь тем, чего не могла добиться уже несколько недель.
Внезапно он оттолкнул меня, и я удивленно вздрогнула. Вытерев рот тыльной стороной ладони, Бастиан быстро обошел ворота питомника. Я шагнула вперед, но он захлопнул их прямо перед моим носом. Теперь мы смотрели друг на друга сквозь сетку, и я схватилась за стальную проволоку, вопросительно взглянув на него.
– Бастиан, что ты делаешь?
– Запираю тебя, чтобы ты подумала над своими словами.
Я усмехнулась этой нелепости.
– У меня есть ключи, и я могу открыть ворота.
– Речь об этих ключах? – Он разжал кулак, и я увидела на ладони пугающе похожий на мой брелок.
Горевшая над нами лампочка зажужжала, замигала, а затем погасла. Вот оно, мое наказание. Естественно, лампочка перегорела именно сейчас, и теперь сюда проникал лишь свет снаружи.
Бастиан, который обычно был любезен со всеми и искал компромиссы, стоя передо мной походил на настоящего дьявола. Острые скулы и красивый рот, который я совсем недавно целовала, придавали ему устрашающий вид.
