Когда Эльза ушла, мальчик, уплетая еще теплое печенье, думал о том, что приятнее сегодняшнего дня и быть не может. В замок приехал отец. У него самого есть шанс показать себя. Виктору так и грезились победа и признание. Последнее было особенно желанно принцу. Ему казалось, что после соревнований у него появятся новые друзья из старшей группы. Ведь они такие взрослые и умные. Их должны заинтересовать победы Виктора.
Из грез Виктора выбило хлопанье крыльев. В окно залетел препротивного вида грифон и стал расхаживать по подоконнику.
Довольно крупный крылатый орел с мягкими, как у кошки, лапками, он расхаживал по подоконнику, вызывая у Виктора смесь любопытства с раздражением. Темные всклокоченные перья твари не просто нуждались в чистке, их бы и вовсе лучше было выдернуть.
— Чего тебе надобно, птица? — не удержался от риторического вопроса мальчик, намереваясь выкинуть за окно нежданного гостя. Грифон, конечно, редкое явление, однако, сегодня было не до разглядывания всяких диковинок.
— Я знааю, кааак тебе победить, — прохрипел птичий голос. — Даай мне печенье, и я раасскаажу! — Хитрый глаз уставился на Виктора.
— Ты умеешь разговаривать? — этот факт совершенно менял дело. Говорящих грифонов Виктор с роду не видывал. Да что там, никто не видывал! — Как ты научился?
Ребенку резко захотелось стать обладателем такой редкой птицы. Победа в соревнованиях и так у него в кармане, а говорящая птица — приятная неожиданность.
— Тут сложной наауки нет, — растянуто картавил свое грифон, виляя длинным хвостом с пушком на конце. — Аа вот победить наа соревновааниях, заадаача не из простых. Даай мне печенье, и я раасскажу тебе секрет. Ты ведь не знааешь, кудаа нужно бить, чтобы убить любого?
- Нет, не знаю, — набрался прозорливости принц, одновременно стягивая простынь с постели. Ребенку захотелось поймать незадачливую птицу. Он скомкал за спиной простынь левой рукой, а правой подал печенье грифону, заманивая того в комнату.
Только грифон не спешил покидать насиженное место.
— Я могу помочь, — не унимался он, царапая своими когтистыми лапками подоконник. — Вечнаая слааваа за печенье — не слишком высокаая ценаа.
Пришлось Виктору самому подойти к подоконнику. Как только мальчик положил печенье возле грифона, то с размаху накинул на птицу простынь. На мгновение принц возликовал. Захотелось воскликнуть: «Попался!». Но не тут-то было.
Крылатая тварь легко выскочила из-под простыни и больно клюнула принца за палец. Разыгралась небольшая борьба. Упала тяжелая табуретка, грифон с криком стал махать крыльями, мальчик мельтешил руками в надежде, что этим незатейливым действием напугает противного грифона. Но последний не унимался:
— Ты не победишь, ты не победишь, — кричал он. — Без меня ты не справишься. У тебя ничего не получится!
— Кыш, противная птица! — отвечал ему принц, и подобрав с пола простыню, замахнулся ее на грифона.
— Не нужно мне от тебя ничего! — сердито завершил уговоры принц и выкурил стервятника в воздух. Окно захлопнулось, и тревожить принца стало не кому. Он был предоставлен целиком своему тщеславию. Слова грифона никоим образом не задели мальчика. Большей нелепицы он в своей жизни никогда не слыхивал.
Больше думать о случившемся было нельзя. Требовалось умыться, выбрать костюм для предстоящего турнира. Суматоха с птицей забрала часть времени, которого хоть и было достаточно, но дольше медлить непозволительно.
Для принца приготовили три наряда — синий с золотой тесьмой, серебряный с жемчужными застежками и кроваво-красный. Естественно выбор пал на последний.
«А почему бы и нет? Пусть я буду выглядеть сегодня нарядным. Ведь это мой час славы».
Не став звать слуг, Виктор надел сам свой костюм, расчесал длинные белые волосы, завязал курчавый хвост тесьмой. Худощавый, с длинными сильными руками, мальчик не мог налюбоваться на свое отражение. Как девчонка он крутился, рассматривал костюм и представлял сегодняшнюю победу.
Достаточно побыв в одиночестве, мальчик решил спуститься в приемных холл дворца. Он надеялся увидеться там со своим отцом. После утреннего моциона со своими придворными Паттон должен был пройти через холл, чтобы попасть в ложу жены.
Огромная зала украшенная величественными колонами пустовала в гордом одиночестве. Лиственного цвета стены были покрыты золотым плющом, чуть повыше пестрили серебристые розы. Каменный пол, словно музыкальный инструмент, играл от каждого шага королевского наследника.
Мальчик величественно прошагал к высоким деревянным окнам, каймой которых стали дорогие ламбрекены из золотой парчи. Принцу вспомнилось, как королева лично занималась обстановкой этого зала, да и многих других.
Тогда ему нравилось украдкой наблюдать за распоряжениями матери, и вместе с ней представлять, как все будет. Только получилось отчего-то совсем иначе. Не так, как он себе представлял. Слишком много света.
