Ему так хотелось поскорее вырасти. Он видел себя магическим рыцарем Эгелии, способным одним ударом снести головы сразу четырем оркам. Отец будет гордиться своим сыном, когда тот принесет ему тушу мертвого Милдреда — огромного злого дракона, которым владеют грязные орки. Мальчику только бы немножко подрасти, и тогда отец возьмет его с собой. Туда, где царит мрак, и противным оркам нету конца. Место, куда уходят все настоящие мужчины, чтобы жители Эгелии могли беззаботно радоваться каждому новому дню.
Ребенок чувствовал себя счастливым. Недостающего внимания родителей ему с лихвой замещала многочисленная прислуга, которая души не чаяла в таком красивом мальчике. Белые вьющиеся волосики до плеч говорили о наличии крови русалок в роду принца. В его внешности почти ничего нельзя было угадать от отца. Лишь черное родимое пятно в виде трилистника у внешнего уголка левого глаза говорило о том, что его отец самый сильный во всех четырех мирах боевой маг, король Эгелии — Оберон фэй Паттон.
Беспощадный Паттон нажил немало врагов за время царствования. Жесткий, принципиальный — он не стал идти на уступки, когда орки потребовали у него плату за мир в Эгелии. Он не желал терпеть — Паттон защищался и зубами вырывал себе свободу. Искусные воины Эгелии — магические солдаты, все как на подбор, были верными и послушными магами, во всем походящими на своего лидера. Паттон участвовал во всех основных боях. Орки, как огня боялись его рыжего взгляда и удирали, лишь издалека завидев белого пегаса с золотым нагрудником. Им было чего бояться. В наследство Паттону достался огненный меч, который вытащил из жерла вулкана первый король Эгелии. Невероятно легкое и элегантное оружие без труда способно было разрубить толстокожего орка напополам. В руках истинного владельца и искусного воина — меч не знал поражения и изничтожил половину населения орков.
Победа была близкой, если бы не союз орков с демонами. Зеленые твари продали свои грошовые душонки подземным духам, благодаря чему их рукам оказались подвластны невероятно жестокие существа — драконы. Тупые, неповоротливые змеи — на них не действовала магия. Не каждый меч мог хотя бы оцарапать их толстую шкуру. Лишь единицы были способны убить дракона. Отцом этих тварей слыл Милдред. Двадцати шестиметровая тварь заставила Паттона отступиться. Король еще пытался отвоевать свою гордость, но каждый день приходилось делать шаг назад. Уже не было речи о том, чтобы захватить земли орков и извести этих бестолковых существ со свету. Вопрос стоял ребром: как защитить свою страну?
Паттон сам разворошил осиное гнездо, и опасность быстрыми темпами бежала за ним вдогонку. Он без сожаления отдавал завоеванные беспочвенные земли, которые породили орков, вместе с их болотами и стальной лавой. Но свое наследственное царство Паттон обязан был защитить. Нельзя было отдать тварям ни кусочка.
На границе с Эгелией расположился фронт, где собрались все воины королевства. Тысячи магов оставили дома своих матерей, жен и детей, и грудью стояли за свою землю, над которой навис защищающий купол.
Словно мыльный пузырь — он казался невинным украшением и без того чудесной страны. Его сила была невероятной. Ни одна тварь не могла проникнуть за эту тонкую стенку света. Строгой каймой купол окружали мужчины-маги. День и ночь светлые рыцари с помощью своих мечей, стрел, посохов и магических заклинаний защищали свою страну, в которой неспешно подрастало следующее поколение.
Паттон редко видел сына и жену. Гроза орков не был красив на лицо, но, как могущественный правитель Эгелии, взял в жены самую красивую графиню в королевстве — Стеллу фэй Маратье. Раскосая красавица была внучкой иностранки мира русалок, что родилась без хвоста. Тонкая, высокая и воздушная — нельзя было не заметить такую красавицу. Ко всем этим достоинствам девушка невероятно красиво пела, чем и покорила сердце тогда еще молодого Паттона.
Нет, Стелла так и не успела влюбиться в мужа. Вряд ли разлука была тому виной. Скорее абсолютная разность в интересах и мировоззрении. Никакая война не могла заставить прекратить Стеллу любоваться собой. Юная русалка не способна была часами слушать о боевых стратегиях и оружии. Ее душа пела, слагала стихи и любовалась на закат, но никак не убивала уродливых орков. Стелла могла всем на свете рассказать о том, как сделать кожу еще мягче, но не могла и пяти минут выдержать в одном помещении с советниками мужа.
