– Безумно хочу! – мой хриплый шепот на выдохе ворвался в ее рот. Я почувствовал ее горячий ответ на мой поцелуй, ее руки под водой скользнули на мою задницу, и она крепко схватила их ладонями, прижимая мой член к своему животу. Казалось, что весь мир перестал существовать, я терял остатки разума окунаясь в захлестнувшие меня чувства. Мои руки скользили по ее телу, я целовал ее шею, плечо со вкусом морской воды и позволял себе сходить с ума. Она отвечала на мои ласки с не меньшей страстью. Наше тяжелое дыхание переплеталось в ночи, и мы еще больше отдавались на волю инстинктам.
Вдруг ее рука скользнула между нашими телами и обхватила мой член.
– М-м-м… русалка, ты сводишь меня с ума! – простонал я. – Но лучше так не надо, я слишком долго хочу, и ты рискуешь остаться ни с чем.
Она улыбнулась и открыла глаза, глядя на меня снизу-вверх. В свете луны ее взгляд был невероятно глубоким и манящим. Я подхватил ее руками за бедра. В воде ее тело было невесомым, я с легкостью поднял ее выше, пристраивая свой член у горячего входа. Она обхватила меня ногами и резко подалась вперед, насаживаясь на меня. Звук прибоя был безжалостно разрезан нашим стоном в унисон. Мы двигались друг другу на встречу, я пожирал ее сладкий ротик и ощущал, как она, тесно сжав мой член мышцами, насаживается на меня все сильнее и сильнее.
Голодные и возбужденные до предела, мы теряли сознание друг от друга. Придерживая ее одной рукой под упругую попку, второй я сжимал ее сосок, от чего она стонала и окончательно сносила мне крышу. В какой-то момент ее тело задрожало от накатывающего оргазма, она резко выгнулась назад, а затем вернулась к моим губам, рыча, словно тигрица, от удовольствия. Все вокруг закружилось: звездное небо слилось с бликами на воде, я закрыл глаза и ощутил, как мой член начинает пульсировать, а вселенная взрывается на тысячи частиц. Мой оргазм был невероятно мощным, я еле успел приподнять Веронику и оттолкнуть ее в сторону, чтобы не кончить в нее, а после рухнул в воду спиной назад. Волны сомкнулись над моим лицом и на мгновение я растворился в соленой воде.
После частого дыхания, воздуха в легких хватило всего лишь на две секунды. Я вынырнул на поверхность воды и нашел глазами Веронику, которая вышла на мель и легла в воду, отходя от полученного удовольствия. Я направился к ней и прилег рядом. Волны накатывали на наши тела и пытались унести в море ее длинные волосы. В этой ночи было что-то первобытное. Мы, словно, Адам и Ева, подчинились своим инстинктам и открыли для себя что-то сверхъестественное.
Она взяла меня за руку, и прижалась ко мне всем телом, устроив голову на моем плече.
– Если бы я знала, что купаться ночью так приятно, я бы давно начала это практиковать. – Глухой смех раздался рядом с моим ухом, она легко поцеловала меня в шею. – Идем на берег, что-то я замерзла в воде.
Я планировал поплавать, поэтому заранее взял с собой полотенце. Закутал им Веронику, а сам надел белье, шорты и футболку на мокрое тело. Да, этот вечер получился идеальным, как я и хотел.
Я лежала в палате роддома с белым потолком и голубой плиткой на стенах. Уголок одной из плиток был отколот, что вызывало стойкую ассоциацию с моей жизнью. Все, что у меня было, разбилось на мелкие осколки, которые я не в силах собрать и склеить. Низ живота периодически хватало спазмами, но врач предупреждал, что после родов матка сокращается и это может быть болезненным. Внезапно дверь открылась и в палату вошел доктор.
– Как себя чувствуешь, Селиванова?
Я равнодушно перевела на него взгляд, не понимая, что он от меня хочет.
– Я спросил, как ты себя чувствуешь? Может нужна помощь медсестры или психолога?
Я пожала плечами.
– Не знаю.
– Вот что, Селиванова. Тебе необходимо пробовать подниматься на ноги. Можно принять душ. Но сначала я хочу кое-что спросить. Для этого мне нужно, чтобы ты сосредоточились на реальности и услышала мой вопрос, поэтому сейчас закрывай глаза, – я закрыла, – делай глубокий вдох, – я сделала, – а теперь резко берите себя правой рукой за левую грудь.
Его слова прорезали мое сознание. Я распахнула глаза и ошарашенно уставилась на врача.
– Вот, молодец! Теперь, когда ты пришла в себя слушай вопрос: в твоей карте указано, что ты поступила в роддом со сроком двадцать восемь недель. Так?
Я кивнула.
– Тогда поясни мне, Селиванова, кого и, главное – зачем, ты хотела обмануть? Если я не буду знать подробностей, то не смогу дать гарантий, что сохраню все медицинские тайны. Доктор заговорщически прищурил взгляд в ожидании моего ответа.
Я не могла понять, о чем он, но после «трюка» мозг заработал, и я пришла в полное сознание. Удивленно таращилась на врача, ожидая, что прочту ответы на его лице.
– В каком смысле «обмануть»?
– Ну как в каком. У тебя родилась совершенно доношенная дочь. Да, она очень слаба и ее вес значительно ниже нормы. Но, как сказал ваш муж, всю беременность вы морили себя голодом, и теперь ей придется какое-то время провести в нашем детском отделении, чтобы окрепнуть.
– Как доношенная?
До меня все еще не доходили его слова.
