– Тогда я пойду, раз это все. И еще, – Дархан чуть склоняется, – перестаньте меня разглядывать. Это слишком заметно.
Он уходит, а Светлана прикладывает ладони к вспыхнувшим щекам. До сегодняшнего дня ей казалось, что дети не замечают, как она за ними поглядывает.
В один из дождливых дней Светлана приходит к Лисову домой. За столом в гостиной уже стоит приготовленный для нее стул.
– Ты сделал задания? – спрашивает Светлана.
– Ага, – с гордой ухмылкой Рома пасьянсом раскладывает перед ней тетради на кольцах. – Проверяйте, сколько влезет.
Она берет тетрадь по русскому языку. Проверять свой предмет проще, чем те, в которых ты не разбираешься. Она прищуривается, читая первые строки задания.
– Расскажи-ка мне, какое правило ты здесь использовал, – Светлана указывает пальцем.
– Ну, эм… – втянув губы, Лисов хмурится, переглядываясь с учительницей, а потом с дурашливой улыбкой качает головой. – Не помню.
– А тут? – Он пожимает плечами. Светлана вздыхает. – Рома, если бы ты на самом деле выполнил эти задания, то легко бы рассказал о правилах. Ты списал.
– Ну да, есть за мной грешок, – признается он. – А как вы хотели? Я не могу из двоечника стать хорошистом вот так, – и щелкает пальцами.
– Вот так, – Светлана щелкает в ответ, – никто никем не становится. Разве что наследником королевской династии при рождении. Учение – такой же труд, как и работа. Только почему-то от работы ты не отлыниваешь.
– Мне, типа, за работу платят. А за эти закорючки в тетради я ниче не получаю.
– С одной стороны, в этом есть доля правды. Но с другой, ты многое упускаешь. Списывая задания с решебников, ты экономишь время, но не вкладываешь усилий в будущее. Неужели тебе хочется быть посмешищем?
Лисов хмурится и скрещивает руки на груди. Попала в точку.
– Представь, что когда-нибудь ты заведешь семью, и твой ребенок подойдет с вопросом, а ты даже не сможешь помочь ему в освоении родного языка. Или, например, у тебя будет возможность занять хорошую вакансию, но из-за резюме, написанного с ошибками, возьмут кого-то менее опытного, зато грамотного. Ты этого хочешь, Лисов? Хочешь всегда всем проигрывать только из-за собственной лени?
Рома сжимает челюсти и закатывает глаза. Нервно качает ногой, отчего стол начинает трястись.
– Нет, – после долгой паузы отвечает Рома, – я не хочу быть позорищем… посмешищем. Я просто… не могу все сразу освоить, потому что много лет ничего не делал.
– Хорошо, что ты это понимаешь. Я не всегда смогу навещать тебя, но обещаю помочь всем, чем смогу. Когда у тебя возникнут вопросы, пиши мне на почту или в мессенджерах. Я постараюсь ответить.
– Знаете… – Рома облизывает сухие губы. – Я попросил Зару позаниматься со мной. Она согласилась.
– Это здорово! Она хорошая девушка.
– Вы действительно думаете, что из такого раздолбая, как я, еще может получиться человек?
Улыбнувшись, Светлана отвечает:
– Я не думаю, я в это верю. Приходи на классный час в пятницу. Для тебя выбранная тема тоже будет полезна.
В прошлый раз Светлана позволила себе угрозой подстегнуть ребят писать письма в анонимный ящик. Проверив его перед классным часом, она лишь убедилась, что ее не слушаются. Как послушная отличница в школе и педвузе, она все равно подготовилась. Запугивание в работе с подростками – не лучший вариант.
Несколько ночей подряд Светлана листала учебники по психологии, читала различные статьи о профилактике суицида, чтобы как можно мягче подвести учеников к теме первого терапевтического классного часа. Она выписала много полезной информации, составила чек-листы и распечатала для каждого, но страх никуда не делся.
И хоть многие ее коллеги уверяли, будто большинству подростков нет дела до слов учителей, Светлана помнила свои молодые годы и точно знала: дети всегда всё слушают. Они могут притворяться, уважать или не уважать кого-то из учителей, но то, что резонирует со струнами их души, они всегда замечают.
Стоя у доски, Светлана дожидается звонка. Ученики общаются, смеются, сидят в смартфонах. Явной усталости после уроков на лицах нет. Наткнувшись на пристальный взгляд Дархана, она смущается и отворачивается, все еще чувствуя, как он на нее смотрит.
Когда в дверях появляется Лисов, по классу проходит гул возмущений: «Как он посмел сюда припереться?», «Да кем он себя возомнил?», «Блин, а я только начала жить спокойной жизнью».
– Ребята, я позвала Рому, чтобы он тоже присутствовал на классном часе, – торопливо вмешивается Светлана.
– Может, он наконец расскажет, почему Егор прыгнул? – тут же вскидывается Демьян.
Рома не отвечает и занимает последнюю парту. Рядом с ним садится Яна. Звенит звонок. Светлана успокаивает себя тем, что на сегодняшнем классном часе она не опозорится перед коллегами.
– Итак, ребята, сегодня мы с вами поговорим о чувствительной теме…
– О, неужели о сексе? – громко восклицает кто-то из мальчишек. – А нам раздадут презервативы, как в фильмах?
– Ну, – Светлана задумчиво постукивает пальцем по подбородку, – в некотором роде твой вопрос подводит нас к теме сегодняшнего классного часа.