Как же удалось Амосову сделать так много? Откуда брались силы? Основу дала природа: И. М. Амосов, в этом нет ни капли сомнения, человек большого, разностороннего таланта. Но очень многим он обязан своей воле, самовоспитанию. Не всякий способен так четко спланировать и осуществить «режим нагрузок и ограничений». Только ли режим? Ведь, говоря об условиях, необходимых для сохранения здоровья, Амосов утверждает: нужна еще счастливая жизнь. В чем же она, счастливая жизнь? Отвечу словами самого Николая Михайловича: «С половины апреля я впрягся, как никогда. Цель: делать больше на тысячу операций в год… Больных много, и никто их, кроме нас, не спасет… Знаю, будут несчастья, но будет, наверное, и счастье…»[2] И дальше: «Есть все-таки счастье, есть!» Он оперировал женщину с поражением трех клапанов сердца. Понимал, что пятьдесят или семьдесят шансов из ста за то, что она не вернется живой из операционной. Вернулась, но потом — повторная остановка сердца. Удалось восстановить сердечную деятельность. Амосов ушел из клинки почти уверенный в неблагоприятном исходе. Утром на врачебной конференции дежурный врач доложил:
«Женщина А. Митрально-аортальное протезирование, пликация трехстворки… Остановка сердца… Реанимация… К утру проснулась. (Вот счастье!) С шести часов на самостоятельном дыхании. Трубку не удалял, ждал вас, можно хоть сейчас…
— Иди, удаляй, экстубируй! Спасибо…»[3]
Вот оно, счастье, — работа во имя спасения человека, нет — во имя спасения тысяч людей.
Что же следует из опыта Амосова-человека, Амосова-целителя? Чтобы трудиться на пользу людям, до конца выполняя свой гражданский долг, нужны силы, нужно самому быть здоровым. В этом философская сущность «Раздумий о здоровье». Недаром Н. М. Амосов заканчивает книгу словами: «Главное — это здоровье, возможность полноценно жить и трудиться».
Что побудило Амосова, обремененного многими серьезными делами, заняться еще и пропагандой здоровья? Ответ может быть только один: высокая гражданственность. Изучив причины развития многих болезней и осознав пути их предупреждения, он счел своим долгом во весь голос заявить: люди, ваше здоровье во многом зависит от вас же самих. Медицина могущественна, но возможности ее не беспредельны. К тому же болезнь намного легче предупредить, чем вылечить. Чтобы сохранить, поддержать здоровье, которым наделяет нас природа, нужны условия: физические и психические тренировки, закаливание, разумное питание, умение полноценно расслабляться и отдыхать.
Когда перелистываешь последнюю страницу книги, ясно понимаешь: Амосов протягивает людям руку помощи и предлагает: давайте вместе подумаем, правильно ли живем, давайте попытаемся сделать жизнь лучше для каждого, а значит — для всех.
Не могу не сказать еще об одной грани таланта Амосова — о его писательском даре. Да, писательском: книги Николая Михайловича «Мысли и сердце», «ППГ 2266», «О счастье и несчастьях» являют собой самобытные образцы документально-художественной прозы.
В последнее время наблюдается растущий читательский иптерес к документальному жанру: всякого рода заметкам, дневникам, воспоминаниям. Конечно, мемуарами увлекались и прежде, но теперь такая литература стала на равных соперничать с беллетристикой, а нередко даже брать верх над ней. В чем же дело? Мне кажется, современный читатель все более ценит неприкрашенную достоверность, подлинность, не домысел, а саму жизнь, как она есть. Здесь важны любой факт, жизнь каждого человека. Нас интересуют и убеждают не воспоминания очевидцев (они всегда в какой-то степени субъективны), а свидетельства тех, кому есть что сказать о прожитой жизни.
И еще. Деятельность хирурга, особенно хирурга, оперирующего сердце, всегда вызывала большой интерес, но была окружена некой тайной. По разным причинам. И потому, что хирург творит в тиши операционной, отгороженной от любопытных взглядов. И потому, что, глубоко проникая в организм, вторгаясь в святая святых, он представляется человеком, наделенным особым могуществом. А тот, кто держит в рунах сердце, исправляет ошибки, допущенные природой, — творец, созидатель.
Люди верят в хирургию. Их вера не может быть слепой. Хирургия зиждется на доверии, доверие — на понимании. Поэтому люди должны знать о достижениях и возможностях хирургии, о труде тех, кому они доверяют свое здоровье, свою жизнь.
Рассказывать об этом пытались не раз. Но повествование, почти как правило, сводилось либо к самовосхвалению, либо разочаровывало своей бесцветностью. Исключение — книги Амосова. Он первым впустил миллионы читателей в операционную. Сделал их свидетелями и участниками действий хирурга, его раздумий, сомнений, горестей, побед. Он впервые рассказал о хирургии без всяких прикрас, ничего не преувеличивая, но и не преуменьшая. Написал обнаженную правду о своих ошибках.
