- Ну что тогда случилось? Мы и так уже опаздываем, нам нужно ехать дальше. Может, ты что-нибудь забыла дома? - спросила Николь и посмотрела обеспокоенно на часы.
- Нет. Нет, я… я не поеду вместе с вами. Я остаюсь.
Я действительно сказала это? Да, сказала. Потому что у Дженни и Николь отвалилась челюсть. С открытым ртом они уставились на меня. Дженни первая снова закрыла его.
- Ты остаешься? - выдавила она, сжав зубы, отрывисто. Она выглядела как хищник, который пропустил кормёжку. Очень неприятно и готовая ко всему. Николь только драматично вздохнула и стала нервно накручивать на палец чёлку.
- Да, - сказала я, более твёрдым и громким голосом. - Я хочу остаться здесь.
- Здесь? - заругалась Дженни и развернулась, размахивая руками вокруг себя. - Здесь? - повторила она. - Здесь же ничего нет!
Ну, это было не совсем верно. Высоко в небе кружили две хищные птицы, и иногда раздавался пронзительный крик в утренней тишине. Посередине заброшенного пастбища рядом с нами притаилась пятнистая кошка перед мышиной норой. И если пройти мимо неё и последовать по вытоптанной дорожке ещё каких-то двести метров, то окажешься в тенистом прохладном лесу. Моём лесу.
- Значит, я останусь там, где ничего нет, - ответила я упрямо. - Я не могу поехать вместе. Не сердитесь на меня.
Сложа руки перед грудью, я стояла перед ними и не могла поверить в то, что я делаю. Николь и Дженни тоже не могли в это поверить.
- О Боже, я не верю этому ..., - простонала Николь и прижалась лбом к двери машины. - Я тебя не понимаю, Лесси. Я действительно тебя не понимаю. - Теперь она разозлилась. - Знаешь что? Тогда оставайся здесь и скучай до смерти. Боже, как это глупо!
- Я очень разочарованна, - попробовала Дженни поменять тактику, объясняя по-взрослому. - Мы так старались, чтобы организовать классный отпуск, а ты ведешь себя со вчерашнего дня как будто у тебя не все дома. Что с тобой такое?
Я молчала. Они всё равно не поймут. Я открыла багажник и вытащила оттуда свои вещи.
- Поехали, Дженни, ей уже не помочь. Я не позволю испортить себе отпуск её выкрутасами, - злилась Николь и толкнула Дженни назад к машине. Я порылась в своей джинсовой сумке, вытащила купюру в сто евро, которую мне дали мама и папа на карманные расходы, и сунула её Николь через открытое окно в руки.
- Вот, на такси. Хорошо вам повеселиться. Николь только, не веря, качала головой.
- Дамы наконец пришли к соглашению? - спросил водитель.
- Да, пришли, - крикнула я ему и отвернулась, прежде чем смогу пожалеть о своём решении. Но я теперь только хотела уйти подальше от выхлопных газов машины, назад в свою комнату, где я смогу убрать матрасы и хорошо проветрить. Ночь была проверкой на терпение. После того, как Мистер Икс на рассвете, с полу дохлой мышью в пасти и гортанным бурчанием, прыгнул на задницу Николь, я замучилась: успокаивать двух кричащих баб, забирать у Мистера Икс мышь и для того, чтобы она поправилась, сажать её в одну из маминых грядок, и пылесосить матрас Дженни, чтобы избавить её от аллергического шока.
Убедить Мистера Икс покинуть мою комнату было уже сложнее. Для этого мне пришлось оставить все окна закрытыми и у меня весь остаток этой короткой ночи неоднократно появлялось чувство удушья. Мне не хватало свежего воздуха, а то, что Мистер Икс полчаса, как статуя, прилипнув к моему окну, смотрел на меня укоризненно, тоже не подняло моё настроение.
Но гораздо более гнетущим были пары, исходящие от постелей Николь и Дженни. Духи. Дезодорант. Свежий лак для ногтей. Лак для волос. Молочко для тела. Пудра. Меня почти тошнило от этого.
Теперь я наконец-то снова могла дышать. Как опьянённая от внезапной свободы я остановилась посередине просёлочной дороги и закрыла глаза, потому что от яркого солнца у меня кружилась голова. Будет жаркий день. И никого не было, кто мог бы уговорить или принудить меня к чему-то.
Я могла всё утро пролежать в кровати и думать о Колине, если я хотела этого. Я могла поесть, когда мне вздумается, или вообще не делать этого. Я никому не должна была отчитываться. И это было замечательное чувство. Я была одна.
Замечательное чувство внезапно оборвалось, когда я вспомнила про своих родителей. То, что я взяла и просто так сорвала их наверняка не очень дешевый сюрприз и оказалась добычей здешнего Демона Мара, они никогда не должны узнать.
Это означало, что я не могла больше встречаться с Николь и Дженни - потому что они точно проболтаются - и мне придётся обманывать. Но у меня была целая неделя, чтобы придумать, как решить эту проблему. В конце концов, меня никто не спросил, хотела ли я вообще поехать на Ибицу.
Внезапно я почувствовала сильный голод. С урчащим животом я побежала к дому, открыла дверь и опустила жалюзи в зимнем саду вниз. Ладно, позавтракаем. Позавтракаем? О нет. Как же я буду в ближайшие дни питаться?
