— Если вас остановят солдаты и потребуют подтверждения вашего статуса, — продолжал Касл, — для установления личности, предъявите им свою карту. Если этого не произойдет, — сказал он, — вас могут ожидать… весьма плачевные последствия. Граждане, которые ходят по улице без карты, считаются угрозой для Оздоровления. Они рассматриваются как личности, умышленно не соблюдающие законы, и к ним относятся с большим подозрением. Если вы отказываетесь сотрудничать каким-либо образом — даже если вам просто не хочется, чтобы каждый ваш шаг был зафиксирован и просмотрен на мониторе, — вы будете считаться поддерживающим мятежников. А это значит, что вы представляете собой вполне реальную угрозу. Угрозу, — добавил он, — которую Оздоровление сметет со своего пути без малейшего сожаления. — Таким образом, — вдохнув побольше воздуха, говорил он, — вы не сможете, да и не станете, терять свою карту регистрации. Конечно, в наших фальшивках нет приспособления для слежения и чипа, который нужен для контроля над электронными долларами, поскольку у нас нет технологии подделать их, да и намерений тоже. Но! Это вовсе не означает, что их ценность для всех нас уменьшается. И если для всех граждан на регулируемой территории такие карты являются частью их пожизненного срока, в «Омеге пойнт» они считаются большой привилегией. И вы будете относиться к своей карте соответствующим образом.
Привилегия.
Среди всего другого нового, что я узнала за это утро, я выяснила, что эти карты выдавали только тем, кто выполнял различные поручения за пределами «Омеги пойнт». Все те, кто оказался сегодня в этом классе, были тщательно подобраны среди лучших, сильнейших и наиболее преданных. Получается, что Кенджи совершил весьма смелый шаг, пригласив меня сегодня сюда. Теперь я понимаю, что так он продемонстрировал мне, что я заслуживаю его доверие. Несмотря ни на что, он повторяет мне — и говорит всем остальным, — что я здесь желанный гость и полноправный участник всего того, что тут происходит. Теперь понятно, почему Уинстон и Брендан так открыто беседовали со мной. Потому что они полностью доверяют всей системе, по которой функционирует «Омега пойнт». И если Кенджи доверяет мне, значит, все они тоже мне будут доверять.
Значит, я становлюсь одной из них.
И сегодня буду выполнять свое первое задание.
Предполагается, что я стану воровкой.
Мы готовы.
Касл должен присоединиться к нам очень скоро, чтобы вывести нашу группу из этого подземного города в реальный мир. Это будет мой первый шанс посмотреть, что произошло с нашим обществом почти за три года.
Мне исполнилось четырнадцать лет, когда меня забрали из дома за убийство ребенка. Два года меня без конца таскали из больницы по адвокатским конторам, оттуда — в центр по временному содержанию несовершеннолетних и к психологам, пока не решили упрятать меня понадежнее и навсегда. Меня поместили в психиатрическую больницу, и это было хуже, чем оказаться в тюрьме.
Но я хочу видеть это.
Мне нужно это увидеть самой.
Я устала быть слепой, я устала полагаться только лишь на собственные воспоминания о прошлом и те крошечные обрывки информации, которые мне удалось наскрести из нашего настоящего.
Все, что я знаю, так это то, что Оздоровление правит планетой уже лет десять.
Я знаю это, потому что они начали свои первые кампании, когда мне исполнилось семь лет. Я никогда не забуду то время, когда весь мир начал разваливаться на составные части. Я еще помню тот период, когда все еще казалось нормальным, но уже и тогда люди начали массово умирать или что-то вроде того, а еды было вполне достаточно для тех, кто мог за нее платить. Это было еще до того, как рак стал вполне распространенным заболеванием, погода стала меняться в худшую сторону. Она превратилась в злобное существо с бесконечными катаклизмами. Я помню, как все восхищались Оздоровлением. Помню надежду в глазах моих учителей и объявления, которые мы должны были обязательно слушать прямо в середине учебного дня. Все это я хорошо помню.
За четыре месяца до того как я, четырнадцатилетняя девчонка, совершила преступление, Оздоровление было избрано людьми, чтобы привести их к светлому будущему.
Надежда. Они возлагали на него огромную надежду. Мои родители, соседи, учителя и одноклассники. Все наделялись на лучшее, когда радостно приветствовали Оздоровление и обещали свою неослабевающую поддержку во все времена.
Надежда может заставить человека совершать жуткие поступки.