Объясняя подъем экономики СССР в ходе выполнения первой пятилетки, Сталин говорил о преимуществах социалистического строя. Говоря же о провалах в выполнении планов, он обращал внимание прежде всего на субъективные факторы. С одной стороны, он ссылался на отсутствие опыта в решении невиданных прежде задач. С другой стороны, он указывал на пороки в деятельности организаций и руководителей (канцелярско-бюрократические методы работы, формализм в исполнении своих прямых обязанностей и недисциплинированность, прикрываемые демагогией, зазнайство «вельмож»). Особо Сталин остановился на низком теоретическом уровне партийных работников, что, по его оценке, могло привести к их идейному перерождению.
В своих выступлениях делегаты съезда восхваляли доклад Сталина. Многочисленные славословия в адрес Сталина звучали почти во всех речах на съезде. Фамилии Сталина не прозвучало лишь в его собственном докладе и в докладе председателя мандатной комиссии Н. И. Ежова.
К тому времени возвеличивание Сталина и других руководителей партии стало непременной частью ритуала любого собрания членов партии и беспартийных. Портреты членов Политбюро были вывешены в цехах заводов и фабрик, в классах школ и кабинетах государственных учреждений, а в праздничные дни ими украшали фасады домов и колонны демонстраций. При этом соблюдалась иерархическая последовательность в упоминании вождей страны, размещении их портретов, их фотографий в газетах. Поэтому изменение в размещении фотографии или портрета того или иного советского руководителя могло свидетельствовать о перемене в его положении. О повышении статуса того или иного деятеля могло свидетельствовать появление его фотографии среди ветеранов Политбюро.
В честь Сталина и других членов Политбюро слагались поэмы и песни. По радио гремела песня со словами: «Ведь с нами Ворошилов, первый красный офицер…» Была сочинена песня строителей метро, в которой говорилось, как «Лазарь Каганович похлопал по плечу». В Артеке пионеры пели: «И помнит каждый час любимый Молотов о нас».
Казахский акын Джамбул создал целую коллекцию поэм и песен, посвященных Сталину и всем членам Политбюро. Уподобив Советскую страну «большому каравану», акын посвятил стихи каждому члену Политбюро. Так о наркоме пищевой промышленности А. И. Микояне он писал:
В стране были многочисленные города, переименованные в честь Сталина: Сталинград, Сталино, Сталинобад, Сталинск, Сталиногорск. Тверь была названа Калининым. Луганск — Ворошиловградом, а на Дальнем Востоке появился Ворошиловск. Пермь стала Молотовым. Был также Молотовск. Именами высших советских руководителей были названы фабрики, заводы, колхозы, совхозы, учебные заведения.
Особенно разнообразны и многочисленны были возвеличивания Сталина. Объясняя «поклонение и безмерный культ, которыми население окружает Сталина», Фейхтвангер в 1937 году писал: «Люди чувствуют потребность выразить свою благодарность, свое беспредельное восхищение. Они действительно думают, что всем, что они имеют и чем они являются, они обязаны Сталину… Народ благодарен Сталину за хлеб, мясо, порядок, образование и за создание армии, обеспечивающей это новое благополучие… Народ говорит: мы любим Сталина, и это является самым непосредственным выражением его доверия к экономическому положению, с социализму, к режиму».
Возможно, что Фейхтвангер был во многом прав, но его слова не объясняли всех причин, почему делегаты съезда наперебой высказывали свое восхищение Сталиным. В определенной степени руководители областей и ведомств стремились таким образом подчеркнуть свою политическую лояльность Сталину. В то же время неумеренное возвеличивание Сталина позволяло партийным руководителям республик и областей создавать свои локальные «культы личности».
На Северном Кавказе, который долго возглавлял, как первый секретарь обкома партии, Евдокимов, был создан его местный культ личности. Михаил Тумшис и Александр Папчинский писали: «Газеты края наперебой печатали огромные статьи, где имя Евдокимова направо и налево склонялось со словосочетаниями „подлинный сын народа“, „твердокаменный большевик“, „ленинец-сталинец“. Стало повсеместной практикой развешивать в горкомах и райкомах партии и во многих присутственных местах портреты Евдокимова. Спешно переименовали в Евдокимовский район один из районов края». Указанные авторы приводили стихи популярного в то время в СССР дагестанского ашуга Сулеймана Стальского:
