Брось, бывают такие женщины. Это женщины, которые умеют любить. Такая в жизни каждого мужчины одна и главное ее встретить, не пропустить. Ладно, мне домой пора, меня там она ждет – моя «чудо-женщина».
*****
«Любить тебя – это как лезвием по венам и потоки крови. Любить тебя – это вдыхать пары отравленного воздуха и свернувшись калачиком выть от боли. Любить тебя – это рассыпаться каждый вечер на триллионы осколков и снова утром собирать себя из них. И не найти самый важный. И так каждый день. Осколок за осколком.
Любить тебя – это перейти за черту, за которой уже нет понятий «правильно» и «неправильно». Любить тебя – это жить с пистолетом, приставленным к виску. Жить и ждать выстрела. Последнего, контрольного. Любить тебя – это видеть то, что не видят другие. Понимать, прощать. И уходить, потому что иначе нельзя.
Иначе не получается.
Встретить тебя – это счастье. Внутри у меня гора нежности для тебя. Я очень долго искала того, кому смогу это сказать.
Любить тебя – это не играть, не блефовать. Это страшно.
Любить тебя – это когда позади «мне больно очень», это когда тоска от того, что ты ни на кого непохожий. И даже копии нет.
Любить тебя – это уйти и не вернуться. Только ждать и ждать, когда ты вернешься сам. Это как сидеть на вокзале и в ожидании поезда, который уже давно ушел. А ты сидишь и ждешь. Ты уехал, а я сижу и жду. Я не верю твоим словам, я верю своим чувствам.
Любить тебя – это ждать. Просто сидеть и ждать.
Все слова сказаны. Все стихи прочитаны. Все песни спеты. Осталась только любовь.
*****
– Привет, Тань! Ты как раз вовремя. Только что чайник закипел. Кофе хочешь? Или лучше чаю?
– Давай кофе. А знаешь…
– Знаю…
И не надо слов.
Просто теперь все дома.
*****
– Эй, поговори со мной, не молчи, пожалуйста!
Игорь лежал, отвернувшись к стенке, и делал вид, что спит. Таня пододвинулась к нему поближе и стала гладить его рукой по спине, иногда нежно прикасаясь к ней губами. Он молчал… Как же тяжело любить раненого человека, которого когда-то давно предали, обманули, и он перестал верить в любовь. Сколько надо иметь сил и терпения, чтобы заставить его поверить другому человеку, поверить ей.
Таня тяжело вздохнула и уже по привычке стала «говорить» с ним «спящим».
«Я здесь, с тобой, и я люблю тебя. Знаешь, что такое для меня любовь? Это когда счастье другого человека важнее собственного, когда просыпаешься и думаешь о том, чтобы такое «сотворить», чтобы увидеть улыбку на лице любимого. Я смотрю утром на тебя спящего, и у меня в голове уже зреет «коварный» план. Я хочу, чтобы ты чувствовал мою любовь 24 часа в сутки, чтобы не было ни одного мгновения без меня. Я так тебя люблю… Обними меня, пожалуйста… От твоего холода мое сердце замерзает, и я очень боюсь, что наступит день, когда оно превратиться в льдинку, и я тоже перестану верить в любовь. Не допусти этого, прошу тебя. Обними…».
Он взял ее руку в свою и поднес к губам, мурашки пробежали по ее телу, и где-то чуть ниже солнечного сплетения что-то тихонько заныло, душа, наверное. Предательская слеза скатилась по щеке… Так тяжело любить.
Игорь молчал, он не хотел и не мог произнести ни слова, хотелось тишины. Странно, но даже это она понимает. В его жизни было много женщин, разных, не похожих друг на друга, но такой, как она, он не встречал. Она умела любить, любить тихо и бескорыстно, боясь ранить не вовремя сказанным словом, боясь потерять. Он пытался в это поверить, но не мог, он искал в ней изъяны, провоцировал ее, он был уверен, что еще немножко и она обязательно проявит свою «женскую» сущность. Но вместо этого, она молча уходила из его жизни, ему становилось плохо без нее, и он снова возвращал ее в свой дом, в свою постель, и снова мучал… Любил ли он ее? Наверное, нет, но он понимал, что это шанс на спасение, но он не хотел, чтобы его спасали… Он ненавидел всех женщин, так было проще. И он хотел возненавидеть ее и не мог, он слушал ее дыхание, и где-то чуть ниже солнечного сплетения что-то тихонько заныло, душа, наверное.
Ему стало страшно, что наступит день, когда она уйдет навсегда. Он не может этого допустить, он этого не допустит.
*****
– Знаешь, Игорь, а наши с тобой отношения мне очень напоминают шахматную партию. Хорошую шахматную партию. Вот, послушай…
Я играю белыми и сразу же иду конем. На столе появляется бутылка текилы и тарелка с лаймом, нарезанным тоненькими дольками, это немного смущает тебя, но твой интерес и желание увидеть продолжение сильнее испуга и сомнений в своей победе.
– А, это ты про нашу первую встречу. Помню, только мы тогда не доиграли… Забавно, рассказывай дальше.
