Дон Жуан соглашается, что касается родимок и что касается «так» и
«этак», и даже сам поёт про любовь, которая настигает и остановить её
невозможно, и обуздать невозможно, и ни отрезать, ни откреститься.
Собственно вся эта смесь из красоты будуара Донны Анны и ужасов
кладбища и есть второй акт.
Ах да! Главное забыл!
В определённый момент (хотел бы я знать, кто определяет эти моменты?) из
спальни…
Вдруг из маминой из спальни
Кривоногий и худой… хромой, – поёт хор, отбивая чёткий такт.
Они дрались на шпагах (не до рукопожатий), и Лепорелло заколол злодея.
Ария Дон Жуана: «Он стоил (она стоила, – на совесть либреттисту) этих
поцелуев и этих радостей и мук, – и неожиданно заканчивает: – И всё же,
Лепорелло, ты свинья!
– Свинья, свинья, свинья! – тихонько то ли свистит, то ли басит Лепорелло,
хотя, на самом деле, он не свистун и не бас, а баритон…
Представил, какая возможность у композитора насажать fioriturе (фиоритур) и
собрать достойный урожай.
…и они вдвоём, как говорится, настроившись на один лад, уходят под
бравурные гимны хора и солистов. Остаётся одно кладбище.
Я бы, на месте постановщика, пристроил в этот акт ещё пару сцен:
Во-первых, момент: «Амур поверг! Как поволок…» – я бы разнообразил всякими
эротическими сценами из античной мифологии, а то и напротив: я имею в виду,
91
некоторыми ненавязчивыми извращениями, в духе придания контексту
современных очертаний городских трущоб.
«Вдруг из маминой из спальни кривоногий и худой, и хромой»… – ну как тут не
наскрипеть пару сцен о кривоногих, худых и хромых, мол – а всё туда же!
«Про любовь, которая настигает и остановить её невозможно, и обуздать
невозможно, и ни отрезать, ни откреститься».
Всё это можно было бы представить в виде феерического Intermezzo.
Интересно, от чего зависит любовь человека к человеку?
Был бы очень самонадеянным, если бы взялся отвечать на этот вопрос.
Замечание для постановщика: Герои – не порно звёзды, но, конечно же, гапиты -
скелеты тростевых (это для специалистов) кукол с «деревяшками, пружинками
и крючочками, и сочленениями».
Понимаю, что ремарка запоздала, но так и надо было.
АКТ 3
Сцена 1
Декорации, почти как во втором акте: Аppartement Командора. Будуар Донны,
совмещённый с её спальней, с дверью ведущей в спальню уже устранённого
Командора.
Собственно, весь третий акт – это кульминация и пристроенная к ней
глупенькая шутка… в виде развязки, глупенькая шутка, но не выбрасывать же,
раз пошутилась.
Кульминация возникает в центральном событии (где же ей ещё возникать?),
и вопрос в публику: «доколе?» – ах, с этими вечными вопросами! Главный вопрос
события, да что там события, всей оперы, всех «Записок»: «доколе?».
