Он был необыкновенно добродушен с нами и пациентами, но холодно неуступчив с начальством и непреклонен в своих медицинских решениях. В результате на следующий год у онкологического отделения не оказалось денег сначала на оплату его поездок, а потом и на обязательную страховку.
Профессор Рэйбен был готов работать без зарплаты, но не был готов платить за право работать без зарплаты. Он был оскорблен пренебрежением начальства, и мы лишились прекрасного врача и наставника, идеалиста и остроумца.
Одна во всех отношениях приятная дама из Москвы попросила меня рассчитать план лечения ее сына пораньше, чем мы предполагали это сделать. У него большая опухоль, вся семья очень волнуется, сам больной от нервного напряжения почти перестал есть, и вообще у них обратные билеты в Москву на 27 января.
Все доводы вполне убедительные и мне совершенно понятные. К тому же у парня довольно суровый прогноз. И я ей ответила, что сделать это очень трудно, потому что мы все заняты вводом нового ускорителя. Но сама подумала, что если задержусь завтра после смены на часик и договорюсь, чтобы меня подменили на брахитерапии послезавтра, то, может, и успею. Хотя вызову недовольство нескольких человек, которым из-за этого придется делать дополнительную работу. И уже почти открыла рот, чтобы сказать ей, что попытаюсь и, если получится, позвоню и перенесу начало на неделю вперед. Но она открыла рот раньше и по-деловому сообщила, что я могу не сомневаться, она заплатит и мне, и всем другим, кому будет нужно.
Для посторонних поясню: ни я, ни мои сотрудники денег ни у кого, кроме своей больницы, не берем. То же я довольно спокойно объясняю и даме. Она ласково улыбается и, расценивая это как намек на увеличение вознаграждения, говорит: «Вы такие приятные люди, что нет сомнений – мы сумеем договориться». И по ее лицу я вижу, что она не может вообразить себе человека, который откажется от взятки, имея возможность ее получить. Я сказала ей с закипающим раздражением, что то, что никто из нас не берет денег, не довод в споре о цене услуги и не фигура речи, а скучный, но неоспоримый факт.
А теперь пытаюсь объяснить себе, с чего это я готова была злоупотребить служебным положением и помочь соотечественнику начать лечение раньше, тем самым – как ни крути – отсрочив начало для других пациентов. Но испытываю омерзение при мысли, что за это можно получить деньги. Почему одно лишь упоминание об этих серебрениках сделало невозможным нарушение установленной очереди? Неужели это Иуда Искариот, который опрометчиво взял взятку, а потом повесился на осине, задает свою жесткую и очень ортогональную систему координат…
Молодой аптекарь заканчивал короткую пятничную смену. На халате у него красовался бейджик, где было крупно написано: «Фармацевт Йоси». Очередь не убывала.
Йоси уже выдал стоящему у окошка покупателю несколько лекарств по рецепту. Судя по их названиям и по виду самого покупателя, перед ним стоял тяжело больной человек.
– И еще, – сказал он, – мне нужен инсулин.
– Хорошо, – ответил Йоси, – давай рецепт.
– Да нет у меня рецепта, забыл взять. Пятница. Поликлиника уже закрыта.
– Без рецепта не могу, сам знаешь…
– Йоси, да как же я останусь в субботу без инсулина? Я же не выживу!
– Надо было взять рецепт. Меня ведь уволят – ты понимаешь…
– Йоси, ты молодой, здоровый, сейчас пойдешь к своей девушке, будете с ней целоваться… А я буду без инсулина!
Йоси взглянул на рецепты и сказал:
– Послушай, Ронен! Откуда я знаю, может быть, тебе инсулин совсем не нужен?
– Да что я, сумасшедший? – завопил Ронен. – Не нужен был бы – стал бы я перед тобой унижаться?!
– Ну, я не знаю… может, тебе только кажется? Как можно без врача давать такие серьезные препараты?
– Йоси, ну не будь ребенком! Посмотри в своем компьютере, я уже десять лет получаю инсулин, и доза только растет!
Парень нехотя взглянул на экран. Действительно, инсулин каждый день и уже много лет…
– Смотри, Ронен, если ты кому-нибудь скажешь, я могу вообще остаться без лицензии. Я тебе дам на сегодня и на завтра. Без денег. Не могу взять деньги без рецепта – компьютер не позволяет. А в воскресенье ты с самого утра пойдешь к врачу и принесешь мне рецепт. Доволен? Ну, иди, не надо благодарить…
Ронен молча смотрел на него.
– Позови заведующего, – тихо сказал он.
Подошла заведующая. Ронен вынул из кармана карточку и показал ей.
– Я контролер «Суперфарма». Вот этот парень, Йоси, приветливо со мной поздоровался – очко ему. Спросил, как дела, – еще очко! Работал быстро и вежливо. Очко! Выяснил мой возраст и объяснил, как принимать лекарства – два очка. И дал мне инсулин без рецепта. Минус пятьдесят очков. Вот протокол проверки. Подпиши!
– Но я же проверил, что ты действительно принимаешь инсулин, – пролепетал Йоси.
– Ну и что? Я диабетик! Я бы мог так набрать инсулина в десяти аптеках без рецепта и навредить своему здоровью, – назидательно ответил Ронен.
