Начало ВОВ для Красной Армии сложилось крайне неудачно. В первые 1,5–2 г. войны Красная Армия потерпела ряд тяжёлых поражений. Почему это произошло? Среди нескольких причин, главной является — игнорирование руководством СССР достижений военной науки. В начале 1930-х гг. в СССР была разработана новая современная теория ведения войны — теория глубокой операции. В её основе положено создание танковых соединений, которые во взаимодействии с авиацией и др. родами войск наносили мощный удар для прорыва всей глубины обороны противника, что не удавалось сделать в ходе 1-й мировой войны. Группа военных обратилась к наркому Ворошилову с предложением об ускоренном вооружении Красной Армии танками за счёт сокращения конницы. Но Ворошилов был против этого. После чего они стали обсуждать вопрос о замене наркома. Не желая уходить с должности, было сфабриковано дело «Заговор военных» во главе с маршалом Тухачевским. Состоявшийся процесс, присудил их к расстрелу. После суда, эта теория была запрещена.
22 июня 1941 г. в 12 часов дня было передано важное правительственное сообщение, с которым выступил народный комиссар иностранных дел В. М. Молотов. Он сообщил о внезапном, без объя вления войны, вероломном нападении на нашу страну немецко-фашистских войск. Закончил он выступление словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами». Войска приграничных округов не были готовы во всеоружии встретить врага, дать отпор агрессору и потерпели поражение в приграничных сражениях. После чего три советских западных фронта попали в окружение, были разгромлены, а многие бойцы либо погибли, либо попали в плен, не многие вышли из окружения. Немцы применили блицкриг, за 18 дней они прошли полпути от границы до Москвы. Огромная территория попала под оккупацию. Пришлось создавать новую армию. Катастрофическое положение спасла объявленная в конце июня Всеобщая мобилизация, в результате которой было мобилизовано 19 млн человек, из которых было сформировано почти 600 дивизий. За годы же войны на защиту Родины были мобилизованы 34 476,7 тыс. человек, из числа которых прошли через Вооружённые силы 31 млн человек.
В январе 1941 г. коммерческий атташе США в Берлине Сэм Вудс добыл сведения о готовящемся на падении на СССР, которое должно было произойти в июне 1941 г. Им была получена копия Директ ивы № 21 — знаменитая «Операция Барбаросса». После проверки, по указанию президента США Ф. Д. Рузвельта, весь материал был передан 1 марта 1941 г. советскому послу в Вашингтоне Уманск ому. По данным РУ Генштаба: «Вопреки бытующим представлениям в центр регулярно поступала информация о подготовке Германии к нападению на СССР. С большой точностью центру был пере дан боевой состав, численность группировок войск противника. Было передано сообщение о конк ретном решении Гитлера о нападении. Поступала информация о первичных сроках этого нападен ия и последующих в них изменениях…» Разведанные указывали на принятую в вермахте для вос точного похода тактику «блицкрига». А направление главного удара вытекало из многих разведда нных, в том числе и от Р. Зорге, который в январе 1941 г. телеграммой сообщил о трёх направлени ях ударов, выделяя минское, как главное. Кроме агентурных данных, поступивших по линии разве дуправлений НКВД и НКГБ, аналогичные данные поступали и от резидентуры советских посольств в разных странах. Количество разведданных о нападении Германии на Советский Союз зашкалива ло. Но Сталин не доверял этой информации. Одновременно с планом «Барбаросса» был разработан план дезинформации руководства СССР. По свидетельству Г. К. Жукова: «Гитлер принимал все меры, чтобы внушить И. В. Сталину мысль о его вполне лояльном отношени и к Советскому Союзу, и неоднократно заверял, что Германия никогда не нарушит своих обязательств. И как это ни странно, И. В. Сталин поверил этим фальшивым заверениям Гитлера. Он полагал, что, если мы будем вести крайне осторожную политику и не дав ать повода немцам к развязыванию войны, будем выполнять взятые на себя торговые и иные обя зательства, войны можно избежать или в крайнем случае оттянуть её. Так думало и сталинское руководство страны». Нападение Германии и начавшаяся война оказалась для Сталина большой неожиданностью. Он поверил Гитлеру, но Гитлер оказался коварнее его и перехитрил Сталина. Поражение Красной Армии Сталин объяснял внезапностью нападения фашистской Германии. Так что слова о внезапности нападения нацистов на Советский Союз — лишь повторение сталинской по зиции, оправдывающей бездействие «вождя народов». Он поверил Гитлеру, но Гитлер оказался коварнее его и перехитрил Сталина.
