Сэр Бесканон стал вторым знаменосцем и нес Святую Катерину. Сэру Милусу достался стяг войска – черный, с тремя восьмерками. Войско разделилось на три неравные части; первой, в сотню копейщиков, командовали сэр Йоханнес с четырьмя капралами – сэром Джорджем Брювсом, сэром Фрэнсисом Эткортом, сэром Альфонсом д’Эсте и сэром Гонзаго д’Авия: последние двое были новичками из латиникона. Второй отряд в пятьдесят копейщиков возглавлял сэр Гэвин, а в качестве капралов назначили Ранальда Лаклана и сэра Майкла. Третьим, в который тоже вошло пятьдесят копейщиков, но только на бумаге, а в действительности меньше, командовал Гельфред; капралами были госпожа Элисон и сэр Алкей. Отряд сэра Йоханнеса был белым, сэра Гэвина – красным, а Гельфреда – зеленым. При каждом копье находились тяжеловооруженный ратник, почти не хуже оснащенный оруженосец в седле, мечтающий о ратной службе паж и лучник-другой.
Новичков проклинали, и чуть ли не все, кто был в списках, заявили, что войску никогда не оправиться – мол, слишком много новых лиц с чуждыми взглядами, личной неприязнью, с иными обычаями и языком. От новых лучников не было никакого толку, а новые тяжеловооруженные всадники еле держались в седле. Или так о них говорили.
Набралась и четверка новых женщин: все – истриканки из степей, лучницы, пешие и конные. Они держались особняком и отвергали любые подходы со стороны Дубовой Скамьи и Изюминки. Как и всех остальных. Мужчины, жители степей, их тоже сторонились.
Плохиш Том утешал новобранцев трудом.
Те, кто мучился от похмелья, худо-бедно сносили примерки. Мэг привлекла швей к работе, и если пару раз уткнулась в колени лбом и улыбнулась улыбкой летучей и светлой, то в целом выглядела счастливейшей женщиной – возможно, не настолько, как леди Кайтлин, которая после свадебного завтрака уселась шить штаны с другими опытными мастерицами под руководством прачки Лизы.
Граф Зак привел к воротам внешнего двора триста лошадей, одну – самолично. Он презентовал ее Мегас Дукасу, который с удовольствием принял дар – рослого жеребца, шестнадцать ладоней в холке, угольно-черного. Могучего, но с благородными формами и поразительно умным для боевого коня взглядом.
– Он может быть сволочью, – предупредил Зак и пожал плечами. – Как и я. Твоя Изюминка свободна?
Если перемена темы и удивила Мегас Дукаса, он этого не показал.
– Воистину так, – сказал он.
Граф Зак откашлялся.
– Любовники-то у нее были? – Судя по выражению лица, ему было стыдно спрашивать.
Мегас Дукас позволил себе легчайшую улыбку.
– Не исключено, – признал он.
Граф Зак вздохнул.
– Могу ли я за ней поухаживать?
– А если я скажу «да», ты будешь и дальше приводить лошадей? – спросил Мегас Дукас. Обойдясь без седла, он взгромоздился на своего нового коня и пустил его вскачь.
Через час, по-прежнему бесседельный, он остановился возле Изюминки, которой все еще обметывали штаны портные чрезвычайно строгого вида. Она только что предложила раздеться до булок.
– Элисон? Я продал тебя графу Заку за триста лошадей, – сообщил Мегас Дукас. – Это неплохая сделка – он на тебе женится.
Она нахмурилась, затем кивнула.
– Триста – цена приличная, – согласилась она. – Он коротышка, но я им увлеклась.
– Давненько же ты никем не увлекалась, – оскалился он.
– Кроме тебя, – сказала она.
Он покраснел, и она рассмеялась ему в лицо.
– Что ж, рад, что это взаимно, – сказал Мегас Дукас. – Будь ласковой с портнихами.
Он поехал на поиски сэра Майкла, который, как оказалось, уминал остатки скромного свадебного завтрака, одновременно проверяя с казначеем счета воинства.
Капитан вошел, поклонился оставшимся дамам, поцеловал им руки, чмокнул в щеки и взял Майкла за плечо. Тот мгновенно насторожился.
Оба вышли из караулки, где гости пили вино; за ними двинулся отец Арно, который далее, пока они не очутились в капитанских покоях, поддерживал любезную и крайне неестественную беседу.
Сэр Майкл огляделся. Тоби налил ему горячего вина из лежавшего у камина меха и вышел, притворив за собой дверь.
Капитан перевел дух и вздернул подбородок – один из редких признаков того, что он нервничает.
– Извини, Майкл, – сказал он. – Дело нехорошее, и я утаил его от тебя, чтобы не портить свадьбу.
Майкл снова огляделся.
– Господи Иисусе, да что случилось?
– Так не годится, Габриэль, – вмешался отец Арно и объяснил Майклу: – Капталь де Рут, который служит королю, схватил вашего родителя как изменника. Был бой, и ваш отец проиграл. Вчистую. Если ему вынесут приговор…
Майкл тяжело сел, на лице его не дрогнул ни один мускул.
Капитан свирепо глянул на священника, а тот ослепительно улыбнулся.
– Я сотню раз называл его предателем, – сказал Майкл. – А он использовал ваше имя.
Капитан ощерился, как разозленный кот.
