– А вдруг… он сам…
Глаза у герцога засверкали.
– С этим я разберусь, – сказал он.
– Джулас Кронмир, милорд, – доложил сэр Майкл.
Кронмира ввели. Вокруг него щетинились клинки, и все же он держался с известным достоинством. Поклонился он очень медленно – почти пародируя поклон.
Морган Мортирмир вытаращил глаза.
– Я вас знаю! – воскликнул он.
Кронмир еще раз, очень медленно, кивнул.
– Амулет! – сказал Мортирмир. – Милорд, я знаю, что там взорвалось. Я держал это в руках, будь я проклят!
– Не тот, а другой, – уточнил Кронмир. – Но – да. Вы предупредили меня, а я не послушал.
Меч отца Арно взлетел и прикрыл спину Мортирмира.
– Вы знакомы? – осведомился Йоханнес.
Мортирмир кивнул, по молодости не понимая, к чему идет дело.
– Да, мы встретились в древнем храме Минервы на холме, а потом в гостинице. Он показал мне амулет.
«Он говорит правду, – сказал Гармодий. – Христос распятый, я не заглядывал в его воспоминания. Но вот тебе, пожалуйста».
Кронмир огляделся.
– Вам незачем гадать, – сказал он. – Я скажу. Но только при условии, что вы меня защитите.
– Ты переметнулся? – спросил герцог.
– Если бы нет, это был бы странный способ совершить самоубийство, – ответил Кронмир.
– Ты скажешь нам все: имена, места, даты. – Герцог подался вперед.
– О герцоге Андронике и его плане – да, – поклонился Кронмир. – Он предал меня. Но о бывших хозяевах я не скажу ничего.
– Он не в том положении, чтобы торговаться, – заметил Длинная Лапища.
– Но, как видите, торгуюсь, милорд, – парировал Кронмир. – В конце концов, я знаю, где находится император.
Герцог снова откинулся на подушки. Он перехватил взгляд отца Арно.
– Знаете, – сказал герцог, – порой я невольно задумываюсь, правда ли, что Бог не на моей стороне. – Он обратился к Кронмиру: – Положи руки между моими и поклянись.
Кронмир опустился на колени. Он произнес простую клятву, как всякий военный, который вступает в отряд.
– Вы поверите убийце? – вознегодовал Длинная Лапища.
– Который поклялся наемнику. Мы же достойные люди? – слабо усмехнулся герцог. – Мне нужно поспать. Охраняйте мастера Кронмира, полагаю, он станет нашим ценнейшим приобретением. Спрячьте его, а главное – держите подальше от дворца. Длинная Лапища, он твой. Если Гельфред ранен, то кто командует разведчиками?
– Я предложил бы Фейвора, – сказал Йоханнес. – Но у него стрела в брюхе. Его спасли, но поправляться он будет… примерно столько же, сколько вы.
– Тогда Старлинг, – сказал сэр Майкл. – Он урод, но грамотный урод.
– Так и сделайте, – велел герцог. – О господи! – Он снова лег. – Император. Не вздумайте погибнуть, Кронмир.
– Не собираюсь, – улыбнулся тот.
Глаза герцога закрылись, а потом распахнулись.
– Постойте! – сказал он. – У меня есть план.
Йоханнес застонал.
– Начинается!
Амиция в конце концов склонила старого рыцаря еще раз пройти через Эднакрэги зимой. Он выздоравливал месяц – месяц безжалостных допросов женщины, не обремененной ни манерами, ни моралью. Амиция никогда не встречала людей, похожих на леди Севера, и надеялась, что впредь и не встретит.
В день, когда сэр Джон объявил, что они заберут своих купцов и выступят в дорогу, Гауз улыбнулась Амиции с другого конца своей комнаты.
– Неужели ты так сильно по нему скучаешь? – спросила она, и у Амиции замерло сердце.
Но Гауз продолжила:
– Ты знаешь леди Мэри, подругу королевы?
Амиция успела достаточно оправиться, чтобы защититься. Она ответила осторожно:
– Мы встречались после великой битвы.
– Нет никаких «великих битв», женщина, – рассмеялась Гауз. – Твоя леди Мэри обручена с моим Гэвином.
– Да, я слышала, что между ними что-то есть, – кивнула Амиция, не снижая бдительности, а Гауз расхохоталась.
– Вот она, моя старушечья доля! – сказала она. – Сидеть дома и болтать о любовницах сыновей. – Она подалась вперед. – Ты мне нравишься, ведьма.
Эти слова Амиция помнила до конца своих дней.
Граф Севера отрядил двадцать рыцарей и без малого сотню солдат сопровождать караван через снега, и они выехали на санях. Северяне владели многими способами зимних перемещений, почти забытыми – если вообще известными – в Альбинкирке, и этрусские купцы потрясенно и с некоторым восторгом увидели, как лихо несутся запряженные лошадьми сани вдоль Эднакрэгского озера. За пару часов они легко покрывали десять лиг, а то и больше; затем упирались в очередной крутой хребет, за которым лежало следующее озеро. Военная дорога была достаточно проходима для саней, но однажды пришлось сгрузить все до последнего тюка и тащить на себе.
Колонну сопровождал младший сын графа, командовавший отцовскими людьми. Он был замкнут и хмур, как многие юноши, и все же Амиция сочла его привлекательным – не бледным подобием старших братьев, а юнцом, который уже показывает себя серьезным, осторожным мужем. Он подошел, когда она наблюдала за тюками с мехом, которые втягивали веревками на кряж.
