— Во время работы я поддерживаю определенную температуру. Это ведь вполне очевидно. Тебе нужны прочные и гладкие швы как снаружи, так и изнутри, верно?
Эдвард кивнул, думая о том, как бы поскорее закончить этот разговор.
— Вообще-то швы должны быть прочными и гладкими только изнутри. Средний ученик вытащил из-за спины яблоко и принялся грызть.
— Том? — позвал подмастерье.
— Просто скажи, что нужно сделать, — откликнулся парень.
— Поделись своим мнением. Вот чем мы сейчас заняты. Пока ты простой ученик, мало кого интересует твое мнение; но чем старше становишься, тем чаще мастер советуется с тобой.
Том кивнул и снова укусил яблоко.
— Ясно, командир. Хочешь, чтобы я спросил, я спрошу. Почему нам просто их не отлить?
Эдвард сохранил первую отлитую им форму и теперь передал ее по кругу.
— Бронза, — объявил подмастерье.
Парни охнули. Бронза стоила в двадцать раз дороже железа.
— Отольем их из железа, — предложил Том.
Некоторое время Эдвард обдумывал его идею.
— Я никогда ничего не отливал из железа. А вы?
Ученики дружно помотали головами.
— Слышал, литейный чугун весьма хрупкий, крошится, — заметил подмастерье. — Спрошу у мастера Пиэла.
— Думаю, если отлить их из железа, внутри ствол будет шероховатым, а тебе нужен гладкий, — сказал Герцог.
Том доел яблоко и бросил огрызок в кузнечный горн.
Эдвард неодобрительно покачал головой.
— Давайте начнем с раскаленной оправки, — предложил он.
Парни согласились.
— Том, вы с Герцогом займитесь ею. За образец возьмите мою старую. Диаметром в один дюйм, и чтобы к концу не сужалась. Лучше сделайте сразу три.
— Из стали?
Эдвард раздраженно тряхнул головой:
— Конечно, из стали.
— При избыточном жаре она не держит форму, — не унимался Том. — А если жара будет недостаточно, чтобы поддерживать температуру внутри швов, то закончится все тем, что они приварятся к бочарным клепкам.
Теперь Эдвард начинал понимать, почему мастер Пиэл так страстно желал избавиться от Тома.
— Не закончится, если внимательно следить за температурой и разумно использовать воду или масло.
— Ну, конечно, — согласился Том тоном, говорившим: «Подожди, и увидишь, что я прав».
К концу дня у Эдварда возникло ощущение, что сто золотых леопардов мастера Смита заработать будет куда сложнее, чем он ожидал.
Вечером подмастерье переоделся в добротные вещи из шерсти и льна, прицепил отлитый из стали и сиявший, словно дамское зеркальце, баклер к поясу рядом с мечом, тоже выкованным собственноручно. Недолго покрутившись перед зеркалом госпожи Пиэл, он отправился подышать свежим воздухом. Лето шло на убыль, и темнеть начинало раньше, что немало огорчало ремесленников. Они любили долгими летними вечерами хорошенько отдохнуть, насладиться теплом заходящего солнца и вдоволь посплетничать.
Эдвард пересек площадь и подошел к своей сестре, стоявшей с четырьмя подругами. Стоило ему приблизиться, как девушки замолчали. Анна, его возлюбленная, — хотя вопрос с помолвкой до сих пор не решился, — улыбнулась ему, и он улыбнулся ей в ответ. У нее были пухлые губы и большие глаза. А кертл бордового цвета облегал фигуру плотнее, чем у большинства других девиц. На жизнь она зарабатывала шитьем и никогда не сидела без дела, обшивая через мастера Келлера, портного, рубахами и брэ добрую половину двора. Ворот и рукава ее белой полотняной сорочки украшала ажурная вышивка, однако кропотливые труды Анны ничуть не интересовали подмастерье, другое дело — ее молочно-белая грудь, выдававшаяся из-под кертла, и изгибы бедер.
— Увидел что-нибудь интересное? — спросила сестра, ощутимо ткнув его в бок.
Сестры, как правило, не воспринимают старших братьев героями. Увернувшись от второго тычка, он сделал вид, что раскаивается, и произнес:
— Доброго вам дня, дамы.
— Посмотрите-ка, теперь он прям-таки истинный рыцарь, — заметила Мэри и расхохоталась. — Тебе что, никуда не нужно идти? Мы разговариваем. Девичья болтовня.
— Один из придворных парней пытался залезть Бланш под платье! — заявила Нэнси, слишком юная, чтобы понимать, что при братьях подобных вещей говорить не стоит.
— Какой именно парень? — вскипел Эдвард.
Бланш, сестра его лучшего друга, высокая и элегантная блондинка, работала во дворце, чем безмерно гордилась. Однако сегодня она выглядела менее кичливо и вела себя куда скромнее обычного.
— Я не дала ему ни единого повода, он просто... схватил меня, — оправдывалась Бланш.
Эдварду это совсем не понравилось, особенно учитывая то, что его родная сестра тоже хотела работать во дворце.
— А что именно ты делала?
— Дурень! — воскликнула его сестра. — Это не ее вина, тупой ты осел! Проваливай, иди ткни кого мечом. — Девушка взмахнула рукой, словно отгоняя птицу. — Кыш отсюда!
Произнося последние слова, она едва заметно улыбнулась ему, почти подмигнула. А поскольку они были братом и сестрой, он понял ее намек.
— Всегда к вашим услугам, мадам, — сказал Эдвард, отвесив низкий поклон.
