Когда-то давно зен были важны, но сейчас их скопилось столько, что даже не знаю, на что их тратить. Я, наверное, уже один из самых богатых людей в Алионе. Как бы то ни было, сейчас не время об этом думать. Я развернулся и приготовился броситься на помощь Ласке, но это оказалось лишним. Девушка лихим ударом с использованием усиления, встроенного в перчатки, нанесла удар по серафиму. Топор с хрустом попал в ключицу, пробил ее и прошел дальше, разрезав тело почти до живота. Монстр качнулся и повалился на землю. С хищным выражением лица девушка обернулась к другому противнику, до этого лишенному кисти. Тот затравленно оглянулся на серафима-героя, что продолжает сражаться с Шестерней. Лицо серафима исказилось, он закричал и присел, готовясь прыгнуть на Ласку, щупальца угрожающе поднялись, блеснув адамантиевыми наконечниками. Девушка усмехнулась, а затем ее тело растянулось в пространстве и, на миг исчезнув, появилось перед противником. Серафим вздрогнул, отшатнулся, щупальца судорожно ударили по девушке, та крутанулась, блеснули лезвия топоров, и щупальца один за другим упали на пол. Серафим с ужасом покосился на окровавленные обрубки, его лицо исказилось от боли и ярости, уцелевшая рука рванулась было к девушке, но в этот миг топор ударил его в шею, и голова, отделившись, полетела в сторону.
Герой-серафим тем временем взмахнул мечом, желая нанести удар Шестерне, но в этот миг рядом бухнулась голова, он покосился, затем поднял взгляд. Несколько секунд он не понимал, что происходит, а потом увидел убитых воинов. Глаза его медленно раскрылись, в них появился ужас. Затем глянул на меня. Я опустился пониже, приготовив заклинание. Герой-серафим заметил за моей спиной валяющихся бойцов, после этого судорожно обернулся и увидел, как Чума с хрустом вбила клинок в грудь призывателя. Маг захрипел и осел на пол. Все остальные маги также убиты.
— Ну, вот ты и остался один, — произнес я. — Будешь сопротивляться?
Взгляд серафима-героя потемнел.
— Я буду сражаться до конца и не посрамлю…
— Да-да, заткнись уже и умри, — раздался скучающий голос Чумы.
Она оказалась позади воина, черный туман накрыл его, ослепив. Серафим дернулся, пытаясь уйти от атаки, но, лишившись зрения, на мгновение оказался дезориентирован, потому клинок все же попал ему по ребрам. Серафим зашипел, но в этот миг слева появилась Ласка, топоры с силой ударили в голову и спину. Раздался хруст и треск, а затем вскрик, кровь плеснулась на пол. Топоры пусть и нанесли раны, но неглубокие: один лишь на полпальца вошел в череп, другой в плечо. Я налетел с другой стороны, гравитационный прокол врезался в плечо и пробил все тело насквозь. Еще один хруст, тело противника выгнулось, изо рта выплеснулась кровь.
Шестерня с выдохом подпрыгнул, клинок ударил серафима-героя в грудь, и ушел по рукоять. Противник вздрогнул и, выдохнув, обмяк.
Я, тяжело выдохнув, огляделся. Вокруг разруха, кровища и мертвецы, сами мы измотаны, но в целом нападение на храм можно считать удачным.
И с этой частью плана мы справились.
Великие личи.
— Держи, — произнес я и протянул деревянную миску с дымящимся в ней супом.
Ласка взяла, придвинулась поближе, уперевшись плечом в мое, после чего начала есть. Тепло ее плеча передалось мне, от чего сердце застучало быстрее. Я взял вторую миску и черпаком перелил в нее суп из котелка.
Если бы нынешние хозяева были живы, то ужаснулись бы от такого вандализма — мы развели костер прямо перед выходом из разлома. Но иначе никак. Вдруг оттуда опять выйдут серафимы, а мы будем где-то в другом месте и не узнаем об этом. Так что пришлось готовить еду прямо тут, где еще недавно было продолжительное сражение. Правда, сейчас чуть чище — трупы сложены в другое помещение, а кровь немного отмыта. Конечно, есть еще места, заляпанные застывшей темно-зеленой жидкостью, похожие на то, как будто пролили зеленку, следы гари, да зарубы на столах и шкафах, но в целом выглядит не так плохо, как сразу после боя. Шестерня и Вишня вышли, чтобы отдохнуть. Чума отправилась обратно в тюрьму, сказав, что у нее есть там некоторые дела. Ну и пусть. Заодно проверит, не приходил ли туда кто, и если нагрянут, то упокоит.
Мы успели вздремнуть, дежуря по очереди, и от нечего делать посмотреть местные записи. Храм построили в этом месте как раз из-за разрыва в пространстве, чтобы заодно изучать его. Но только недавно появилась возможность проходить в него. Так что те выскочившие серафимы-воины с героем были как раз первой экспедицией, призванной исследовать новый мир.
— Тим.
— Что?
— Как ты думаешь, а у нас вообще могут быть дети, и какие они будут?
