Жаль только, что с телепортом это не работает. Манолит к нему, конечно, можно приложить, только вот это ничего не дает — артефакт его просто игнорирует. И это не говоря уже о том, что для того чтобы приложить манолит, надо уже находиться рядом с телепортом, а это лишает его использование всякого смысла.
Получается, что при мне будет только оружие, ну и Никс, конечно. Не то чтобы много, но лучше, чем ничего. Будь у меня возможность — я бы отложил поход на арену до тех пор, пока моя мана не начнет меня снова слушаться… Но у меня такой возможности нет. Если я сегодня не увижусь со Старшей Сестрой, то весьма вероятно, что я больше не смогу с ней увидеться никогда. Просто не с кем будет видеться.
Поэтому я сунул за пояс пистолет, положил в карман несколько самых маленьких кристаллов манолита, и позвонил Старьевщику.
Спустя полчаса я уже был в Смекалинске, в одном из переулков, координаты которого мне скинул торгаш. В руке я держал свернутые в тугую трубочку деньги номиналом в сто пятьдесят тысяч, а глаза мои неотрывно смотрели на маячащую в другом конце переулка фигуру в надвинутом на самый нос капюшоне и с руками в карманах.
Завернув в переулок, я громко и отчетливо кашлянул три раза, как завещал Старьевщик, и направился к мутной фигуре, держа деньги в руке, так, чтобы их хорошо было видно, но только если смотреть спереди. Фигура, услышав условный сигнал, тоже двинулась мне навстречу, держа в руке простой черный конвертик. Когда расстояние между нами сократилось до десяти метров, он сделал вид, что споткнулся, и конвертик, за которым я внимательно следил, вылетел из его руки и спланировал к кучке мусора возле мусорного бака. Я, поняв намек, поднял руку, чтобы почесать нос, а, когда опускал ее — разжал пальцы, и цилиндрик купюр упал точно в листья маленького кустика, пробивающегося из асфальта возле стены дома.
Мы с мутным типом поравнялись, и он тихо просипел:
— Бар «Яма», десять часов.
Произнес он это, не сбавляя шага, так, что последний слог я скорее додумал, но этого мне было достаточно. Не оборачиваясь и вообще делая вид, что мы с мутным типом друг друга не знаем (хотя так оно, в общем-то, и было), я дошел до того места, где он сбросил конверт, остановился и присел на одно колено, чтобы завязать так невовремя развязавшийся шнурок. Справившись с негодником, я подхватил конверт, быстро сунул его в карман, выпрямился и, не торопясь, вышел из подворотни.
Десять часов это буквально через два часа. Вроде немного, но я еще успею поесть, потому что в Урмадане было не до того — хотелось поскорее получить билет, на случай, если эта акция ограничена по времени.
Недолго думая, я направился в лучшее заведение этого города с самой вкусной кухней — в свое, конечно же! Как только зазвенел колокольчик на двери, возвещая о моем приходе, рядом тут же возникла раскрасневшаяся Астрид, глаза которой горели радостным огнем:
— Добро пожа!.. Ой, это ты! Как здорово!
Она смутилась, покраснела, обернулась на полный зал гостей и быстро украдкой прикоснулась своими губами к моим.
— Что-то случилось? — отстранившись, спросила Астрид.
— Все хорошо, малышка. — улыбнулся я. — Я просто зашел поесть. Потом уйду, стол долго занимать не буду, честно-честно.
— Да хоть сколько занимай! — тоже улыбнулась Астрид. — Я думала, вдруг ты с проверкой какой-то!
— Зачем мне вас проверять? Если вдруг тут что-то случится, я и так это узнаю. — улыбнулся я. — А сейчас позови ко мне какого-нибудь свободного официанта, умираю с голоду.
Первоначальный ажиотаж вокруг моего кафе явно утих — по крайней мере, сейчас уже на вход не стояло очередей. Тем не менее, зал был практически полон и я насилу нашел свободный столик на двух человек в самом углу. Я его специально поставил именно тут, потому что по опыту знал, что большинству людей стремятся сесть за стол побольше, и желательно у стены (а в идеале вообще — у окна), так что этот крошечный, запрятанный в самом дальнем конце, столик их бы заинтересовал в последнюю очередь. Зато мне с него было очень удобно наблюдать за всем залом сразу.
Но сегодня я не планировал этого делать. Заказав подскочившему официанту с бейджиком «Кирилл» свою любимую сковородку картофеля со свининой, салат из свежих овощей и чашку кофе, я достал из кармана черный конверт и развернул его.
