Не было никаких сомнений, что после ухода Каана в салоне откроют шампанское и споют что-нибудь жизнеутверждающее. Жаль этих несчастных. Каан в принципе редко тратил силы на положительную коммуникацию с окружающими. А сам Джек соврал ему, что это не займет много времени. Тот наверняка затаит обиду и сделает потом какую-нибудь мелкую пакость. Или не сделает, потому что отвлечется на свои великие и непонятные простым смертным (и бессмертным) замыслы.
С другой стороны, теперь Каан хотя бы перестанет жаловаться на то, как сильно ему мешают запутавшиеся волосы — с полным отказом состричь их, потому что «холодно и слишком много физического контакта». Страшно представить, какая у него сейчас передозировка прикосновений. Бедняжка.
Джек остановил внедорожник у края тротуара как раз вовремя: из дверей салона буквально вылетел Каан, остановился, потрогал волосы, заплетенные теперь в дреды, брезгливо дернул плечами, а потом, увидев внедорожник, бросил обжигающий взгляд на Джека.
Джек радостно улыбнулся ему в ответ и помахал. Новая прическа Каану шла. Скоро привыкнет. Она будет напоминать ему о лучших днях в его жизни. Мысль оказалась до приятного злой. Каан залез на заднее сиденье, хлопнув дверью.
— Отлично выглядишь, — сказал Джек.
Сек бы на его месте ответил бы «Ты мне солгал!». А Каан бросил очередной уничтожающий взгляд в зеркало заднего вида и заерзал, пытаясь рассмотреть свои волосы. Хотя и думал то же самое. Они вообще походили друг на друга, как походят родные братья. И так же различались. Джек мысленно вздрогнул от непрошеных воспоминаний. Интересно, Каан так же чувствует свою вину за то, что сделал? Или не следует переносить на него свои человеческие реакции и видеть повторение истории с братом?
— Есть работа, — добавил Джек. Он зевнул, не раскрывая рта: кажется, упало давление, и от этого слегка закладывало уши.
— Очень хорошо! Я бы лучше поработал, чем бездарно тратить время на общение с недоразвитыми существами.
— Это тоже опыт. Ты ведь за этим сюда отправился? Зато ты теперь еще больший красавчик, чем всегда.
— Когда я выбирал это тело, то планировал подобный эффект. Спасибо.
— Спасибо? — удивился Джек. Он тронул машину с места; Каан сидел, опираясь локтями о спинки передних сидений, от него пахло парикмахерской и табаком. — С каких пор ты благодаришь?
— Это социальные нормы. Я стараюсь им следовать. Так выгоднее.
— Со мной можешь не напрягаться, — рассмеялся Джек. Каан, заметив куклу, наклонился вперед, сфокусировав на ней взгляд. Но трогать не стал. Молодец. Осторожность — преимущество для тех, кто работает в Торчвуде. Жаль только, Каан никогда не будет здесь работать по-настоящему. Чудо, что он вообще согласился помочь с настройкой модуля. Хотя Джек и не тешил себя иллюзиями: Каан сделал это, только чтобы позлить Сека. Но для Торчвуда не важно, в чем причина. Нужно пользоваться услугами специалиста, пока можешь.
Специалист сверлил куклу взглядом, даже не подозревая, насколько по-далековски это выглядит. Если, конечно, знать о далеках. Доктор бы раскусил его, может, не сразу: Каан умел притворяться, когда было нужно, — но раскусил бы обязательно. Если сказать об этом Каану, он сделает вывод и больше не станет так пристально разглядывать предметы. А пока что это было забавно.
Каан тем временем включил свою копию манипулятора и просканировал куклу.
— Ничего необычного, — сказал Джек.
— Я должен был проверить.
Ну конечно, должен. С человеком Джек бы только порадовался подобной скрупулезности. Но Каан не был человеком, и об этом стоило помнить всегда, каждую минуту общения.
— Это и есть работа? — продолжил Каан, морща веснушчатый нос. — Сомневаюсь, что ты кому-то планируешь эту игрушку подарить или сам играешь в нее. Она не подходит тебе по возрасту.
«Зато тебе в самый раз», — хотел сказать Джек, но не стал.
— Работа, если ты, конечно, не собираешься уволиться из-за моего самодурства.
Каан закатил глаза и постучал по коже браслета, надетого на правую руку:
— Если ты тоже будешь заставлять меня сидеть без движения, уволюсь немедленно. Прямо из автомобиля.
— Это нерационально сильный аргумент. — Джек, как ни странно, до сих пор не пожалел, что дал Каану скопировать свой браслет. В конце концов, в обмен тот его починил, и теперь Джек мог, как раньше, путешествовать в пространстве и времени. Он не собирался этого делать без крайней необходимости, но сама возможность была очень кстати. — Мы с тобой немного… покатаемся по городу, ты не против?
— Нет, — рассеяно ответил Каан, глядя в экран браслета. — Расскажи о кукле.
— Где-то на окраинах города есть антикварная лавка. Торгует полной ерундой. — Джек остановился на светофоре и кивнул головой в сторону соседнего сиденья. — Это такой же китайский фарфор девятнадцатого века, как я — цирковая лошадь. Никаких следов влияния Разлома, значит, просто занесло какими-то окольными путями. Может быть, даже случайно. Может быть, этих кукол пострадавшей вообще подарили или подкинули из мстительных соображений. Но стоит проверить. Она превращает плоть в полимер.
