Он как только мог быстро обошёл все комнаты, открытые для приёма гостей, но не смог найти Дэниела: или он просто разминулся с ним в толпе, или же тот где-то уединился с хозяином для той самой важной беседы. Джейсон не поинтересовался у Дэниела деталями, но знал, что встреча назначена на конец вечера.
Он зашёл в туалет и позвонил Дэниелу — тот не отвечал. Джейсон ещё раз побрызгал спреем по-прежнему заложенный нос: чёртово лекарство практически не помогало. Вчера оно вроде бы неплохо действовало, а сегодня не было никакого толка. Голова была тяжёлой, и во лбу начинала пульсировать неприятная тупая боль.
Джейсон подумал позвонить Бергу или шофёру, чтобы его отвезли домой, но передумал. Глупо было сбегать. Он не ребёнок, каждый раз прятаться за спиной охраны и Дэниела. И чего ему было опасаться? Что Эттинген мог сделать ему в толпе гостей? Что он вообще мог ему сделать?!
Джейсон чуть смочил лоб холодной водой и вышел из уборной, последний раз бросив взгляд на роскошный интерьер, массу белого мрамора и позолоты.
Андреаса нигде не было видно, и Джейсон вдруг почувствовал странное успокоение — возможно, что на этом всё кончилось. Эттинген вряд ли посмеет попасться на глаза Дэниелу. Однако через полчаса Джейсон почти над самым ухом услышал вкрадчивый голос Андреаса:
— Ты не заскучал, Джейсон?
— По тебе я точно не скучал, — ответил Джейсон, поворачиваясь.
— А по кому же тогда? По Дэниелу Астону?
Джейсон ни слова не ответил и хотел отойти, как Андрес вдруг сказал:
— У меня есть, что тебе сказать. Нам надо поговорить.
— О чём?
— О многом. Мы не просто так встретились. Я могу рассказать тебе кое-что действительно важное об Астоне. И о себе тоже.
— Хорошо. Я слушаю, — согласился Джейсон, догадываясь, что хочет ему сказать Эттинген.
— Не здесь, не в толпе. Я тут нашёл спокойное место, что-то вроде библиотеки.
Джейсон на секунду задумался: идти куда-то вдвоём с Андреасом было не лучшей идеей, но, с другой стороны, он хотел услышать, что тот ему скажет, как объяснит… Он не испытывал страха или беспокойства, скорее, даже наоборот — уверенность и превосходство. Он-то знал, что за тайну ему собирается раскрыть Петер Клари.
Они прошли вместе в другой конец зала и вошли в небольшую галерею. Эттинген открыл первую же дверь — за ней действительно была библиотека, пожалуй, самая маленькая комната из всех виденных в этом доме Джейсоном. Она была отделана в георгианском стиле, тем самым контрастируя с мраморным имперским величием парадных помещений. Люстры в библиотеке были погашены, горели лишь две настольные лампы, стилизованные под канделябры. По одной из стен были расположены три высоких французских окна; через них в комнату проникал свет горевших на улице фонарей. Снаружи накрапывал мелкий дождик.
Они вошли внутрь, и Андреас закрыл за собой дверь на задвижку:
— Теперь нам никто не помешает.
Джейсон прошёл на середину маленькой комнаты и огляделся.
— Я жду. Что ты хотел мне рассказать?
— Я… Мы встретились в Брюсселе не случайно, — произнёс Эттинген и замолчал, наблюдая, какую реакцию вызовут его слова.
Джейсон смотрел на него, ожидая продолжения. Ему было почти смешно: Андреас наивно полагал, что сможет устроить эффектное саморазоблачение. А он сам, услышав эти слова, вспомнил другие. «Наша встреча в Эпплтоне не была случайной». Его сердце вздрогнуло от полузабытой и теперь уже почти сладкой боли, и в голове слегка зашумело. Почти раздражённо он произнёс:
— Твоя драматическая пауза затянулась. Что дальше?
— На самом деле я давно знаю Дэниела. И его семью тоже, — Эттинген опять замолчал и сделал небольшой круг по комнате. — Когда поползли эти слухи… Когда все заговорили о том, что он в открытую появляется с тобой, мне стало любопытно. Наверное, «любопытно» — слишком мягкое слово. Я хотел узнать, что ты за человек, потому что то, что делал Астон, было настолько не похоже на него.
— И что, ты удовлетворил своё любопытство?
— Не совсем, — произнёс Эттинген. — Осталось ещё кое-что…
Джейсон вопросительно посмотрел на него. Ему начинало это надоедать, тем более что головная боль усилилась, и его даже немного мутило. Он подошёл к стоявшему в центре комнаты дивану и опустился на него.
— Ещё одна вещь, — не торопясь, продолжил Андреас. — Я хочу узнать, каково это — заняться с тобой сексом.
— Думаю, точно так же, как с любым другим мужчиной, — пожал плечами Джейсон и, усмехнувшись, добавил: — Если, конечно, они у тебя были.
Он заметил, что последняя фраза на несколько секунд стёрла с лица Эттингена уверенное и самодовольное выражение. Значит, Дэниел был прав: у него никогда ничего не было с мужчиной.
— А ты не хочешь узнать, — спросил Эттинген, — как это будет со мной? Не с человеком, который в два раза старше тебя… Как это будет — почувствовать рядом такое же молодое, горячее тело…
Андреас подошёл ближе к дивану. Джейсон слушал его и странным образом находил его слова искушающими, заманчивыми.
— Он подчиняет себе всё, что есть вокруг… Я знаю его. Ты разве не хочешь другого? Быть на равных. Быть свободным в выборе. Ты хочешь этого?
Джейсон лишь покачал головой.
