— То, для чего ты сюда приехал. То, для чего ты собираешься вернуть меня на Пик, — Джейсон отбросил руку Алекса и начал развязывать ему галстук. На лице его было жёсткое, сосредоточенное выражение, вступавшее в неприятный диссонанс с его действиями. — Что, настолько хочется секса, что ты примчался сюда через два дня после того, как уже проверял новый офис? Хочется потрахаться перед долгой разлукой? Целых восемь дней! Как такое пережить?
Не прекращая свой издевательский монолог, Джейсон снял с Алекса галстук и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Алекс стоял, словно окаменев: в поведении Джейсона было что-то враждебное, оскорбительное, но в то же время чудовищно возбуждающее.
— Если бы ты думал головой, ты бы приказал отвезти меня в никому не известное место и оставил там на несколько месяцев, пока Астон не уймётся, — Джейсон расстегнул уже все пуговицы и выдернул белоснежную рубашку Алекса из-под пояса брюк. — Но нет, ты возвращаешь меня в свой дом. Ты готов рискнуть всем, лишь бы не вытаскивать члена из моей задницы, потому что ты сейчас не головой думаешь, а этим самым членом.
Он покончил с рубашкой, бросив её на проходившую вдоль окна скамеечку, обитую мягкой тканью, и начал расстёгивать пряжку ремня. Она была необычной, и справиться с ней на ощупь Джейсон не смог. Ему пришлось отвести свои светлые гипнотизирующие глаза от лица Алекса и посмотреть вниз. Только тогда тот смог наконец ответить:
— Считаешь, что люди могут думать только головой или членом?
— Чем-то ещё? — спросил Джейсон, возясь с ремнём.
— Про сердце слышал?
— Извини, забыл про него, — Джейсон расстегнул молнию на брюках Алекса и снова поднял на него глаза, блестящие, насмешливые и дерзкие.
— Неудивительно, — уголок рта Алекса саркастично дёрнулся. — У тебя его нет.
Пальцы Джейсона нащупали сквозь бельё твёрдую, рвущуюся наружу эрекцию Алекса, погладили, обхватили, сжали.
— Тем меньше конкурентов у головы.
Алекс ничего не отвечал, он прислушивался к движениям руки Джейсона и смотрел на него неотрывно, пристально, наверное, чуть осуждающе. Под этим взглядом Джейсону стало неуютно, но он ничем не выдал этого.
Он отошёл от Алекса, пересёк гостиную и распахнул широкую дверь в спальню.
— Так что? Идёшь? — оглянулся он, остановившись возле не заправленной с ночи кровати и стягивая через голову футболку.
Алекс пошёл за ним, на несколько секунд замерев в дверях комнаты, словно сомневаясь. Джейсон залюбовался его великолепной фигурой и смуглой кожей, на солнце отливавшей тёмным золотом, вспомнил, каковы на ощупь эти жёсткие, рельефные мышцы, вспомнил вкус его кожи… Пожалуй, не так уж плохо время от времени думать членом.
Чэн недолго сомневался. Какой бы бессердечным и расчетливым существом не казался Джейсон, он его хотел до безумия. Его презрительные ремарки лишь подстёгивали, вызывали желание схватить его и сделать с ним что-нибудь… Алекс даже не знал, что именно…
Он подошёл к Джейсону и толкнул его на кровать. Тот, ни говоря больше ни слова, смотрел на него всё с тем же высокомерным вызовом, осуждая его решение, и смиряясь с ним, и снова осуждая, и смеясь над его слабостью. Слабостью, которой был он сам…
Алекс перевернул его на живот и склонился над ухом.
— Ты знаешь, что у тебя ужасный характер? — спросил он.
— Прости. Ты разочарован… — с притворным сочувствием проговорил Джейсон. — Я не тот сладкий мальчик, которого ты рассчитывал получить.
Джейсон попытался перевернуться обратно, но Алекс удержал его, навалившись сзади, и прикусив ему плечо.
— Точно, — ответил Алекс. — Но такой ты мне больше нравишься.
Он отпустил Джейсона только затем, чтобы снять оставшуюся одежду с него и с себя. Никаких прелюдий, никаких поцелуев: просто рванул его вверх, поставив перед собой на четвереньки. Он даже готовил партнёра не особо аккуратно. Всё, как сказал Джейсон: он пришёл сюда потрахаться перед долгой разлукой. Он злился на него, потому что не мог не признать его правоту. Пока тот не бросил ему эти обвинения, он был убеждён, что возвращение Джейсона на Пик — самый разумный выбор, но теперь понимал, что где-то на границе сознания всегда маячила мысль о том, что он не хочет отпускать от себя любовника.
— Да, я нравлюсь тебе, — произнёс Джейсон, чувствуя, как прохладные от смазки пальцы Алекса настойчиво и уверенно проникают в него, — нравлюсь настолько, что это влияет на твои решения. Ты же сам рассказывал мне про часы… про то, что нужно расставаться, чтобы не потерять…
Он громко и порывисто вдохнул на последнем слове, когда Алекс начал массировать и гладить его изнутри.
— Это совсем другое, — ответил Алекс.
— Нет, не другое. Как раз…
— Джейсон, заткнись! — сказал Алекс. — Мы занимаемся сексом.
— Ах да, ты ведь за этим сюда приехал!
Член Алекса толкнулся в его отверстие, заставив сначала отпрянуть от неожиданной боли, а затем, наоборот, выгнуться навстречу, чтобы надеться сильнее и глубже.
— Не только за этим, — произнёс Алекс, сопровождая каждое слово резким и грубым движением бедёр. — Я хочу тебя видеть. Ты мне нужен. С тобой трудно, но ты всё равно мне нужен.
