Жасмин чувствовала уколы совести и пыталась отвлечься, сосредоточившись на игре. Она знакомила Роню с разными шахматными дебютами и радовалась, что ее подопечная уже могла продумать несколько ходов вперед. Фальк принес апельсиновый сок и некоторое время наблюдал за игрой. Его близость волновала Жасмин, и Роня, к своему изумлению, сумела взять ферзя противника. Потом Фальк отправился в сад: он убирал гравиевые дорожки, стриг одуванчики, разбрасывал содержимое контейнера для компоста между цветущих роз.
В это время у Жасмин появилась возможность тайком сбежать. Без собственной машины это было нелегко сделать.
Ключи от «Пежо» Фалька лежали на комоде в вестибюле, но, прежде чем угонять машину, нужно было подготовиться.
Насколько она помнила, велосипеды стояли в подвале. На велосипеде можно доехать до Кюлюнгсборна и сесть там на поезд, поэтому она предложила Роне покататься.
В подвале действительно оказалось четыре велосипеда; среди которых были горный и гоночный. Жасмин выбрала велосипед с удобным переключателем скоростей.
Когда Фальк увидел, что они подкачивают шины, он бросил все свои лопаты, грабли, садовые ножницы и заявил, что не прочь поехать с ними. Роня была в восторге, Жасмин вела себя сдержанно, поскольку поняла, что ее побег не удастся. Но в глубине души такой поворот дела ее обрадовал.
Фальк взял для себя гоночный велосипед и поехал по очень старой, в выбоинах, улице, направляясь к Стеффенсхагену.
Они ехали за ним через деревню, вытянувшуюся вдоль единственной улицы, мимо церкви из жженого красного кирпича, которая была видна с террасы Пеерхагена. Оттуда они поехали дальше, в сторону побережья, к Конвентской низине, где располагалось тихое широкое озеро, на берегах которого паслись овцы и бродили цапли. Жасмин одновременно наслаждалась и страдала.
Ужин проходил по уже известному Жасмин семейному сценарию. Понтер Розеншток сказал жене:
— Фальк больше не хочет быть управляющим. Я не ожидал от него такого заявления. Ведь он занимался этим целый год!
Жасмин не заметила в глазах Фалька никакой горечи или, обиды, как это бывало раньше. Более того, он улыбнулся и шутливо произнес:
— Папа, ты деспот!
Гюнтер Розеншток молчал. И только когда Роню отправили спать, а Жасмин лихорадочно соображала, как бы ей улизнуть под предлогом, что хочется отдохнуть, а самой убраться отсюда на велосипеде, глава семейства наконец заговорил:
— Куда на этот раз поплывет «Santa Lucia»? И на сколько лет протянется канат?
Фальк рассмеялся:
— Трусишка! Вот почему ты всегда хотел, чтобы я продал, яхту! Боишься, что я снова сбегу?
— Может, не будете ссориться? — Адельтрауд вздохнула.
Фальк подал матери виски, который она попросила.
— Не переживай, мама. Для того чтобы ссориться, нужны два человека.
— Вот-вот, — проворчал старик. — Фальк, будь так любезен, не молчи. Мы же семья и говорить должен не только ее глава!
Фальк удивленно посмотрел на отца.
— Кстати, — громко произнесла Жасмин, — эта кухня «Кларисса», которую спроектировал Фальк, очень понравилась моей подруге. Я давно хотела это сказать. Гениальная идея!
Гюнтер Розеншток заморгал.
Фальк засмеялся.
— Если бы я руководила вашим предприятием, я бы прогнала Фалька из отдела менеджмента и отправила бы его в мастерскую. У него, конечно, руки-крюки, но…
— Госпожа Кандель, — перебил ее Гюнтер Розеншток, отрезая кончик сигары, который пролетел через всю комнату и упал за батарею, — а вы не хотите быть управляющей холдингом «Розеншток»? После того что натворил там этот предатель, который называет себя моим сыном, хуже там стать уже просто не может.
Жасмин засмеялась.
— Спасибо, это очень лестное предложение, но у меня уже есть интересная работа.
Старик усмехнулся, нагрел сигару на огне и стал разжигать ее.
Тем временем Фальк раздал всем напитки и сел на диван рядом с Жасмин. Та моментально поняла, что находиться рядом с ним — это уже слишком. Она справилась с головокружением и приняла решение не присутствовать на свадьбе. Ни за что!
На следующее утро в четверть одиннадцатого было уже поздно. Жасмин быстро оделась и стала помогать Роне с макияжем. Все остальные обитатели дома прихорашивались в своих комнатах. В холле на первом этаже было тихо.
Жасмин осторожно спустилась по лестнице. Внизу на полке лежал ключ от автомобиля Фалька. Она взяла его, вышла из дома и повернула налево к гаражам.
Весеннее утро радовало своей свежестью. На лужайке в лучах яркого солнца стояли преисполненные достоинства темно-зеленые кедры. Сочная трава и лепестки цветов блестели от росы. Над домом в сторону побережья пролетел клин гусей.
К счастью, машина Фалька стояла не в гараже. Жасмин села за руль. Все было видно, как в пустом холодильнике. Никакого пластика — только металл под цвет автомобиля. Очень простая машина. Жасмин поправила зеркало заднего вида и завела мотор. На полдороги к воротам красный свет сменился зеленым.
И тут ее внимание привлекло движение в зеркале. Блеснула стеклом оконная рама. Кто-то выпрыгнул на лужайку, встал на ноги и как сумасшедший побежал к подъездной дороге. Жасмин прибавила газу, и машина рванулась с места.