Ни с того ни сего в животе Жасмин забурчало. Она растерялась, потому что эти сердитые звуки казались слишком неуместными для столь возвышенного момента, когда она снова встретила любовь всей своей жизни. В подобных стрессовых ситуациях ни один нормальный человек не испытывает чувства голода. Она должна была с головой окунуться в воспоминания, не слыша того, что говорил ей Северин, и не замечая ничего вокруг. Но она прислушивалась к его проникновенному голосу и видела, как он положил руку на плечо Николь, руку, которую так хорошо еще помнило ее тело. Он поцеловал свою невесту, и та, ответив на его поцелуй, украдкой посмотрела на Жасмин. Это было похоже на игру. Казалось, что их отношения в любой момент могут дать трещину.
Когда она в последний раз видела Северина, он был голый. Николь тоже. Это случилось жарким июньским вечером. Ничего не подозревая, Жасмин постучала в дверь Николь и сразу же вошла в комнату.
— Разве ты не можешь подождать, пока тебе не разрешат войти? — завопила тогда подруга.
— Какая же ты свинья! — прошептала Жасмин.
— Спокойствие! — закричал Северин. В тот же миг Жасмин завизжала, как базарная торговка. Ей и до сих пор стыдно вспоминать об этом.
И вот теперь она снова видит его. Этой встречи она с нетерпением ждала и опасалась, что не сможет сдержаться. Но из-за внутренней скованности эмоциональный порыв внезапно ослабел, и вот она спокойно поднимает бокал за счастье Северина и Николь и, мягко улыбаясь, говорит с ними о погоде, об отпуске и развитии туризма на побережье Балтийского моря.
— И давно ты сюда приехала? — поинтересовалась Николь.
— Несколько дней назад, — сказала Жасмин, чтобы ее приход сюда через три часа после приезда не показался подозрительным. Она повторила, что разыскивала некую семью Нидергезес.
В пять минут девятого Адельтрауд пригласила всех к столу. Через раздвижную дверь они перешли в другую комнату, посреди которой стоял овальный стол с большим количеством фарфоровых тарелок, стройными рядами бокалов и внушительным набором серебряных вилок и ножей.
Жасмин почувствовала руку Северина на своем локте и запах его лосьона после бритья. Он был не такой, как раньше.
Северин, одетый в светло-серый костюм, белую рубашку и полосатый галстук, выглядел как мужчина, который каждый день одевается подобным образом. Это было видно по его машинальным движениям, когда он полез в свой внутренний карман, чтобы найти бумажник, а позже — мобильник, ручку, платок, органайзер. За четверть часа во время их беседы Северин раз пять запускал руку в карманы: один раз, чтобы выключить мобильный телефон, три раза без какой-либо веской причины, потом — чтобы вытереть руки, когда нечаянно перевернул бокал с виски. Он явно нервничал, и Жасмин это заметила. Даже сейчас, когда Северин вел ее к столу, его волнение не укрылось от нее.
Через другую дверь вошла какая-то пожилая женщина и поставила на стол супницу.
— Это наша Зиглинда, — представила ее Адельтрауд. — Если вы хвалите кулинарное искусство хозяйки, значит, вы говорите о Зиглинде.
— Очень приятно, — сказала Жасмин и протянула домработнице руку. — Меня зовут Жасмин Кандель.
Женщина раздраженно посмотрела на нее. Адельтрауд улыбнулась.
— Ты ведь не будешь сегодня цитировать коммунистический манифест, не так ли, Жасмин?
Николь громко засмеялась.
Жасмин все же удалось дождаться пожатия руки до того, как Зиглинда успела снова выйти.
— Присаживайтесь, — сказала Адельтрауд. — Понтер должен вот-вот спуститься. А вот и он.
Но в дверях появился не «он», а существо неопределенного пола из гостиницы «Хус Ахтерн Бум».
— Это же наша Роня! — радостно закричала Адельтрауд и прижала девочку к себе, которая, не в силах противостоять такому напору теплоты, улыбнулась, хотя и производила впечатление брюзги.
— Там, где Роня, должен вскоре появиться и Фальк, — с иронией заметила Николь.
В голосе Северина сквозило безразличие.
— Привет, Роня. — Он как раз собирался занять место за столом и совсем не обращал внимания на ребенка.
— Здравствуй, Роня, — приветливо сказала Жасмин. — Мы уже встречались с тобой в гостинице.
— Ах, — выдавила из себя Адельтрауд и высоко подняла брови. — Вы живете в «Хус Ахтерн Бум»? Надо же, какое совпадение.
— Да, — согласилась с ней Жасмин.
Теперь, по крайней мере, было понятно, кто отправил Глории анонимное письмо по электронной почте. Лизелотта сразу же догадалась, что, скорее всего, его написал ребенок, в то время как Жасмин утверждала, что в таком напыщенном стиле мог излагать свою просьбу только тот, кому уже за сорок. Она ошиблась.
Из этого следовало, что у клиента не было денег и весь план рассыпался еще до того, как Жасмин приступила к его выполнению. Наверное, это к лучшему. Теперь она сможет заниматься этим по своему усмотрению.
— Где же ты забыла своего папу? — мягко спросила Адельтрауд.
— Он расплачивается за такси, а потом ему нужно отнести рыбу на кухню к Зиглинде.
— Точно, Зиглинда ведь хотела завтра приготовить палтуса, — вспомнила Адельтрауд.
— В Фальке снова проснулся азарт рыбака? — пробормотал себе под нос Северин.