Что лучше — быть толстой и счастливой или худой и несчастной? Нелегкий выбор, особенно для женщины. Даже обладательницу самой совершенной фигуры время от времени охватывает настоящая мания — мания похудания. И ничто — ни уговоры близких, ни зеркало, ни отвратительные диетические коктейли — не остановит женщину, если она решила взойти на голгофу диеты. А уж если похудеть нужно к конкретному сроку, чтобы с честью встретить свою извечную соперницу, то женщина готова на любые жертвы.«Размер имеет значение» — уютная и теплая комедия о том, что даже самая миролюбивая женщина способна объявить войну до последнего патрона, если по ту сторону фронта смертельный враг — лишние килограммы.
— А что я такого сказал?
Что такого? Если мужчина задает этот вопрос, будьте уверены, ответ он знает.
Грег произнес это за секунду до того, как перекатился на свою половину кровати. Добавил к своему привычному «уф-ф-ф», которым заканчивал их любовные игры (при этом он еще непременно жмурился и скалился, точно жизнерадостный пес). Выпалил не раздумывая. Даже паузы тактичной не выдержал.
— Эй, — он чувствительно ткнул Джей локтем в бок, — у меня это впервые. Я только что трахнул бабулю! Йо-хо-хо!
И он расхохотался, чрезвычайно довольный собой. Дескать, ну не крутой ли я мужик!
Судя по радостному гоготанью, Грег видел себя соблазнителем бабушки Красной Шапочки, доброй старушки в седых кудельках и в фартуке с оборочками. Или на худой конец этакой солидной пожилой матроны. Джей представляла себя совершенно иначе. Когда их дочь Имоджин наконец объяснила, откуда в последнее время такая бледность и вечные жалобы, Джей сразу же решила, что станет по-настоящему современной «бабушкой», как, например, Бьянка Джаггер, Марианна Фэйтфул или шикарная мамаша Виктории Бэкхем[1].
— Я еще не бабуля.
Джей было обидно и совсем не смешно. Она повернулась на другой бок, спиной к Грегу.
— Еще ждать и ждать. Бедная девочка… По ней ничего и не видно.
«Бедная»? С чего бы это? Стоило двадцатилетней Имоджин произнести простые слова: «Я беременна», как ее моложавая, совершенно не готовая к такому повороту событий мамочка мигом перелетела в следующее поколение. Чуть ближе к концу дороги, по которой идешь всю жизнь. И избавиться от этой мысли не было никакой возможности. Требовалось время, чтобы к ней привыкнуть.
Джей даже задумалась, а прилично ли ей теперь покупать ту розовую прозрачную кофточку с кружевами? Может, надо сказать, что кофточка ей нужна для вечеринки в стиле семидесятых? И может, пора покупать не только диски с панк-роком, но и какую-нибудь классику, дабы разбавить «Клэш» и «Дюран-Дюран».
— Разве не видно? — Грег взбил подушку, поудобней пристраиваясь к спинке кровати, обитой синей замшей, взял с тумбочки пульт от телевизора и принялся прыгать по каналам в надежде отыскать какой-нибудь матч по крикету. — Я просто имел в виду, что она немножко того… — И он переключился на спортивные страдания: Вест-Индия в очередной раз громила Англию. — Хотя наша девочка всегда была толстушкой. — Он похлопал Джей по заду: — В мамочку пошла.
И Грег снова рассмеялся, не замечая, что Джей это не совсем приятно. Точнее — совсем неприятно.
— Не забывай, что ты и сам станешь дедулей! — мстительно сказала она. — Это палка о двух концах.
Но в глубине души Джей знала, что эта палка (нет в жизни справедливости!) бьет по женщинам гораздо сильнее. У мужчин все проще.
— Да, ты права. — Он улыбнулся, думая о чем-то своем. — А здорово, да? Представляешь: сижу я в парке, греюсь на солнышке и качаю коляску. Нужно будет прикупить малышу такой модный трехколесный агрегат. В общем, сижу это я на скамейке, а вокруг меня — пышнотелые нянюшки, хорошенькие славяночки, которых нанимают гулять с детьми, и скучающие молоденькие мамочки. И все они смотрят на меня и думают… Ну, что они думают?
Как будто она не знает!
— Они думают, что я его папочка! Один из тех пожилых папашек, которые еще ого-го! Что мотор у меня фурычит будь здоров и заправлен под завязку! — И Грег опять захохотал.
— Господи, дай мне силы! — вздохнула Джей и зарылась в пуховое одеяло, безуспешно пытаясь закрыться от мельтешения на экране, но это ее не спасло. Она резко отбросила одеяло. — Ты смотришь или как?
— Угу. — Грег прибавил громкость, и в комнате загрохотали, завизжали болельщики.
Джей зевнула. Она вдруг почувствовала себя жутко усталой. Зря она позволила себе столько шампанского на празднике, который Имоджин и Трис устроили в честь будущего ребенка. Шампанское притупило последние остатки совести, и ее диета рухнула, погребенная под тремя кусками шоколадного торта. И сейчас лакомство камнем лежало в желудке, укоряя Джей в обжорстве, отсутствии дисциплины и нарушении неписаного женского кодекса. Клубника не в счет — это всего лишь ягоды. Но она ведь ни минуты не колебалась, набросившись на этот нежный, рассыпчатый торт с таким пышным сливочным кремом, покрытый таким толстым слоем шоколадно-ореховой глазури. Она нарушила все правила истинной женственности, даже не потрудившись шепнуть: «О нет, мне нельзя…»
И сейчас все эти калории, которых хватило бы лыжнику для трехдневного перехода по снежной равнине, мстили, неумолимо прокладывая путь к жировым отложениям на бедрах. Там они и останутся навсегда, добавляя вялости мышцам и сантиметры бедрам. А тут еще Грег со своими глупостями про бабулю!
