Они ели молча.
Илья смотрел в свою тарелку. Он думал, Алёна спасается бегством от серости бытия, от себя самой и пытается спрятаться у него дома. Он же предоставляет ей такую возможность, но не может изменить ход движения запрограммированного механизма, от которого бежит Алёна. Ей двадцать лет, она студентка, живёт то в общежитии у подруг, то снимает квартиру, если есть деньги, то доверяется первому встречному. Её обманывают, ею пользуются. Она понимает это спустя какое-то время – и она бежит. Туда, где более или менее хорошо. Он, думает Илья, скорей всего для неё ангел-хранитель, раз уж она постоянно возвращается к нему. Если бы бежал я, то делал это с любой скоростью, бежал, не уставая и не задыхаясь, перепрыгивал бы холмы и овраги, но, наверное, не знал, где остановиться. А Алёна знает. Вот поэтому она здесь.
– Тебе скучно со мной, – сказала Алёна. – Включи музыку, я хочу танцевать.
Илья долго возился возле дисков.
– Что поставить?
– Поставь Hurts. Мне нравится композиция «Wonderful life».
Зазвучала лёгкая композиция. Алёна задвигалась в танце. Илья смотрел на её лёгкие движения – эти движения, тихие, нежные, призрачные, означали одно: любовный зов. На секунду он подумал, сейчас из-под меня выдернут кресло, и я упаду. Илья присоединился к Алёне, у него были ватные ноги. Он обнял девушку за талию и остановил её танец, спросил:
– Кому со мной хорошо, а? – и впился поцелуем, проталкивая язык глубоко ей в рот. Алёна не сопротивлялась, она этого ждала. Она почувствовала, как низ живота наполняется теплом – рука Ильи (холодная) была уже у неё между ног.
Они вошли в спальню, толкаясь и шатаясь, словно пьяные, повалились на кровать, продолжая целоваться. Одежда полетела к потолку.
– Холодно… – произнесла Алёна.
Илья её обнял – она дрожала.
На какой-то миг они прекратили возню, Илья взял Алёну за плечи, отстранил от себя и произнёс известную ей фразу:
– Зло сидит внутри нас, мы порочны от природы, выживает сильнейший, в борьбе все средства хороши.
Она повторила:
– Зло сидит внутри нас, мы порочны от природы, выживает сильнейший, в борьбе все средства хороши.
– Простовата ты бываешь – это плохо, – сказал он.
Илья входил на всю длину, причиняя сладкую боль. Он был сверху, придерживая своё тело одной рукой, упёршись о кровать, другой рукой сжимал длинные Алёнины волосы на затылке.
Он говорил:
– Ты пытаешься строить долгосрочные планы на будущее, но не знаешь, что будет завтра с тобой; ты возомнила себя разумным существом, но тебе нужен не я, а грубый секс, – Илья откинул голову девушки на подушку, закинул её ноги себе на плечи и стал входить ещё с большей силой. – Ты надеешься, что ничего страшного не произойдёт и всё рассосётся само собой… – он остановился… – я так тоже думаю…
– Продолжай! – взмолилась Алёна. Но Илья кончил.
