Разноцветный мост полностью

Меня зовут Лёша. Живу я у папы и мамы. Вы скажете: ничего особенного. Нет, особенное — мои папа и мама очень хорошие. Даже замечательные. А ещё у меня есть друг. Его зовут Ладик. Это такой рыжий пушистый лисёнок. У него длинный нос и чуть косые жёлтые глаза. А как вы думаете, где он живёт? Чаще всего у меня в кармане. Там, в кармане, у меня вырос густой-прегустой лес. Среди сосен и елей течёт речка Быстрянка, а посреди леса, на маленькой поляне, — домик. В домике — печка, чтобы Ладику было тепло, кроватка, где он спит, четыре окошка: на север, юг, восток и запад. Окошки открыты, чтобы Ладик меня всегда слышал. Откуда бы я его ни позвал. И самое главное — у всех нас есть игра. Называется она так: «Что было бы, если бы…». Слова эти не простые, а волшебные. Стоит мне их сказать, как всё сразу меняется. Вот послушайте…

— Ладик! Ладик! — позвал я.

Лисёнок вскочил с кроватки. Своим длинным носом распахнул дверь, выбежал на поляну, перепрыгнул через речку Быстрянку, пронёсся по лесу — и вот уже оказался рядом со мной.

— Что было бы, если бы, — говорю я волшебные слова, — к нам прилетела бабочка-маляр?

Жёлтые глаза лисёнка обиженно засверкали:

— Ну и что? Все бабочки испачканы краской. Подумаешь!

Я не стал спорить. Мои волшебные слова подействовали: перед нами сидела огромная бабочка-маляр, а рядом с ней стояли ведёрки и лежали малярные кисти.

— Мы хотели посмотреть, как вы работаете, — вежливо сказал я.

— Пожалуйста, только придётся вам помочь мне.

Я взял на руки лисёнка, палочку с вёдрами, кисти, сел между крыльев бабочки — и мы полетели… Всё выше и выше… Вот мы долетели до облака и мягко опустились.

— Как вам нравится отсюда земля?

— Очень нравится.

— Видите цветы, деревья? Это я их покрасила.

— Вы? Одна?

— Ну, не совсем одна, а мы — маляры… А теперь мне поручили очень ответственное дело — покрасить мост.

— А где мост?

— Сейчас появится.

И она провела кистью по небу и по облаку. Вспыхнул красный цвет.

— Помогайте! — крикнула бабочка.

Я махнул кистью — засветился оранжевый, Ладик провёл кистью рядом — жёлтый. Бабочка обмакнула кисть в одно из наших ведёрок — зелёный, я — голубой, Ладик — синий, бабочка завершила — фиолетовый… Ну и мост! Чудо-мост.

Мы посидели на облаке, полюбовались разноцветным мостом.

Потом бабочка спустила нас на землю.

— Папа, мама! — закричал я. — Идите посмотрите, что там наверху.

Мы вышли из дома. Мы шли по дорожкам Измайловского парка.

— Радуга, какая замечательная радуга! — восхитился папа.

— Очень красиво. Неужели это вы с Ладиком сделали? — спросила мама.

От смущения и гордости мы с Ладиком опустили головы. Но я всё-таки сказал, признался:

— Нам немного помогала бабочка-маляр.

«Что было бы, если бы у папы на пиджаке оторвалась пуговица и покатилась, а мы бы с Ладиком нашли её?» — подумал я, а вслух спросил:

— Как ты считаешь, Ладик, если влезть в одну из дырочек в пуговице, что там, по ту сторону?

Пуговица уже лежала на полу. Лисёнок подошёл и обнюхал её.

— А в какую дырочку? Их четыре.

— Не знаю, пусть в ту, в которую влезешь.

Я стал держать пуговицу ребром, и лисёнок пролез в верхнюю дырочку.

— Ладик, — крикнул я. — Теперь ты держи! Крепче держи, крепче!

Я протиснулся не без труда в одну из нижних дырочек, спрыгнул вниз на узкую тропинку.

— Отпускай, — сказал я Ладику, — и пошли.

Мы шли молча. Я впереди, Ладик чуть позади.

Тропинка была узкой, а кругом поднимались высоченные деревья. Их ветки сплетались над нами, и казалось, что мы идём по узкому коридору.

— Не нравится мне этот лес, — сказал Ладик, — ни одного листочка.

— А может, тут осень? Листья упали.

— Куда ж они упали? На земле их нет.

Я не знал, что ответить лисёнку. Меня самого страшили деревья, они словно сжимали узкую тропинку.

— Лёш, а ты не знаешь, здесь живут львы? — шёпотом спросил Ладик.

— Львы живут в Африке, а пуговица совсем недалеко откатилась от папиного пиджака. Если боишься, давай повернём назад.

— Очень боюсь, — признался лисёнок, — но, если мы повернём назад, как же мы узнаем, что впереди?

И мы шли и шли…

Вдруг лес кончился. Открылась широченная поляна. На поляне паслись лошади, целый табун.

Лисёнок обогнал меня и побежал к табуну. Я ещё не успел подойти, как Ладик вернулся.

— Они… они, — волнуясь, говорил лисёнок, и кончик хвоста его дрожал, — они совсем деревянные.

И тут я прочитал объявление на небольшой дощечке: «Страна деревянных лошадок». Вот куда мы попали!

— Эй, вы! Эй, лошадки! — крикнул Ладик.

Полное молчание. Ни одна лошадка не шевельнулась, не подняла голову, не махнула хвостом.

Я осторожно приблизился к большому вороному коню. Протянул руку и погладил его. Мне показалось, что конь посмотрел на меня, а потом куда-то дальше, в тот край поляны, что был за моей спиной. Я оглянулся. И не увидел ничего особенного, кроме старого, заросшего мхом пня. Я позвал Ладика, и мы побежали к нему.

— Эй, пень, — сказал я, — если ты что-нибудь знаешь о стране деревянных лошадок, то расскажи нам.

Старый пень закряхтел и заговорил таким скрипучим голосом: