– Вот мы и пришли. – Эззариец замялся у высоких дверей, покрытых резными изображениями цветов и виноградных лоз. Он протянул руку к прозрачной ручке в форме змеи, но, прежде чем он коснулся ее, я схватил его за рукав.
– Спасибо тебе, – произнес я. – Ты не скажешь мне, кто ты такой?
– Оставшийся в живых, я уже говорил тебе. Если ты переживешь несколько следующих часов, мы, наверное, сможем познакомиться поближе. Если нет, то нет. Денас не любит людей, которые несут в себе угрозу. Возможно, он решит, что с тобой не стоит возиться.
Комната оказалась еще больше предыдущей. В сине-белых ледяных стенах отражались тысячи свечей. Но, несмотря на обилие огней, здесь не ощущалось тепла и света было недостаточно, я сумел разглядеть только мебель у дверей, а посмотреть здесь было на что. Мне показалось, что сюда притащили столько ковриков, подушек, кресел, столов, статуй и безделушек, что их хватило бы на два дерзийских дворца. Здесь нельзя было пройти и пары шагов, чтобы не наткнуться на мраморный столик, вставшую на дыбы медную лошадь или скамеечку для ног, обтянутую расшитой тканью. С потолка свисала грандиозная люстра, в глубине зала на высоких шестах болтались серебряные лампы, бросающие бледные пятна света на замороженные розовые кусты. Как и во всех остальных местах, цвета предметов были блеклые и смазанные, словно расписывающий их художник нечаянно залил серой краской свою палитру.
– А, Меррит! Я хотел сыграть с тобой в шашки сегодня. – Из темноты вынырнул низкий пухлый человечек с совершенно нормальным телом, если не считать выбивающегося за его контуры демонического огня. Человечек был одет в странный костюм из золотой парчи: тесные сверкающие штаны и плащ без рукавов, спадающий почти до пят. О рубашке он забыл, а на ногах у него красовался только один башмак. Это точно не Денас. И голос не тот. – А это тот самый дерзкий пришелец. – Странный щеголь уперся руками в бока и грозно уставился на меня.
Я молчал.
Меррит слегка поклонился:
– Я с удовольствием сыграю с тобой, Сеффид, но сначала я должен отвести его к Денасу.
– Это она хотела его. У Денаса нет времени, чтобы забавляться пленниками. Он скорее предпочел бы видеть всех вас мертвыми.
– Я знаю, что Денас не интересуется иладдами, но я думал, что этого он хочет расспросить сам. – Меррит казался смущенным.
– Ничего подобного. Это она.
– Зачем он Валлин?
– Это все то соглашение, из-за которого они все время ссорятся. Они не могут доиграть ни одной партии, чтобы не заспорить. Они все там, – Сеффид махнул пухлой ручкой в темноту, – где-то. Кто знает? Ты не видел Вилгора? Он обещал принести мне новую игру, но его никто не видел. Он всегда обещает…
– Может быть, Вилгора завел слишком далеко его развязный язык. – Меррит потянул меня за рукав. – Прости, Сеффид, но Денас хотел видеть пленника, нам пора идти.
– Ну ладно. Ты все равно плохой игрок. Гастеи соображают лучше. – Одетый в золото человек сердито засопел и пошел по проходу, пнув по пути небольшой деревянный столик, который разлетелся на тысячи кусочков.
Меррит забормотал что-то и толкнул меня в спину. Я споткнулся и рухнул на ледяной пол, прежде чем он успел меня поймать.
– Прости. Эти мерзкие демоны… вечно лишают душевного равновесия. Вечно лгут. Никогда не известно, что они сделают в следующий миг. – Он подтолкнул меня вперед, на этот раз мягко, шепча мне на ухо слова, пока мы пробирались по лабиринтам из мебели: – Например, никогда не обыгрывай Сеффида в шашки или другие игры. Он ненавидит проигрывать. Он даже отправлял тех, кто постоянно обыгрывал его, в подземелье. А если это были люди, то с ними он поступал еще хуже.
Я попытался осмыслить услышанное:
– Они отправляют своих, других рей-киррахов, в подземелье? К гастеям?
– Да, они не только дразнят друг друга, но и отправляют друг друга в темницы. Это доставляет им своеобразную радость. Они могут заставлять себе подобных принимать человеческую форму и делают с ними то, что они делали с тобой, или даже еще хуже. Но только особо могущественные демоны могут убивать своих. Большинство на это не способно, особенно если речь идет об убийстве демонов своего круга, – Меррит замедлил шаг и кивнул вверх, на серебряные лампы над нашими головами. – Будь осторожен, друг мой. Те, с кем ты встретишься, очень стары. Хитры. Опасны. Невеи всегда выбирают для себя приятное обличье, но те лица, которые ты увидишь, не более реальны, чем семиглавые драконы, с которыми ты встречался в сражениях. Они могут сделать твою жизнь приемлемой, а могут превратить ее в еще худший кошмар, чем тот, из которого ты выбрался.