Когда Сареф проходил мимо очередной группы камней, то от него не укрылось, что они стояли ровным рядом в шесть штук. И земля между ними была ровная, словно… словно это были простейшие могилы. Шесть могил. На одной из них даже лежал пучок водорослей и какой-то странный белый цветок с очень вытянутыми листьями, засохший, разумеется. Сареф огляделся. Йохалле, судя по всему, тоже обратил на это внимание, но, перехватив взгляд Сарефа, покачал головой. Эмерс, Махиас и Эргенаш уже ушли вперёд… и потому неразумно было привлекать их внимание к тому, что они только что прошли мимо могил.
Наконец, когда они подошли к кораблю, и между ними оставалось примерно тридцать шагов, из части под носом корабля, где, вероятно, находилась капитанская каюта, распахнулось небольшое окошко, из которого на них смотрел седой, всклокоченный и явно только что проснувшийся старик.
— Вы кто такие?! — злобно спросил он, — я вас не звал! Идите отсюда!
— Мы пришли сражаться! — с достоинством ответил Хим, явно оскорблённый тем, что их группу, а, особенно, его хозяина, с таким пренебрежением отсылают прочь.
— Ах, сражаться, — расхохотался всклокоченный старик, — да какой уважающий себя ходок позволяет призванному питомцу за себя говорить! Да какой уважающий себя ходок станет столь легкомысленно относиться к походу! Да какой уважающий себя командир допустит, чтобы его отряд…
После этого старика так понесло, что всем только и оставалось, что стоять с вытаращенными глазами. Подобное недовольное бубнение можно было услышать скорее от стариков, сидящих у своих домов на лавочках, чем от легендарного монстра пятого уровня. В конце концов, Сарефу это надоело, и он поднял было Гилеан, чтобы провернуть одну забавную шалость, как вдруг его руку перехватил Йохалле.
— Не спеши, — шепнул ему тёмный эльф, — дай ему выговориться…
Сареф с удивлением опустил руку. Старик же продолжал с вдохновением поносить их отряд. Махиас, судя по его остекленевшему взгляду, впал в транс, пропуская всю эту чушь мимо ушей и дожидаясь приказа Сарефа. Эргенаш и Эмерс слушали монстра с полным равнодушием. А вот Йохалле почему-то слушал очень внимательно, хотя в этом не было никакого смысла. Сареф искренне считал, что это был просто вредный старик. Вероятно, даже нейтральные монстры стареют, и у них портится характер, и этого старика, возможно, скоро заменят, вот он от своей вредности и стремится испортить нервы всем, до кого может дотянуться.
— И разве может командир отряда быть таким хлюпиком, с такой низкой силой, которого первым же порывом ветра сдует в сторону?! Как он может командовать сильными бойцами, как он может быть уверен, что они станут слушаться его?
После этих слов Сареф вспылил. Если общая критика от незнакомцев его почти не задевала, то вот это критическое замечание попало точно в цель. Даром что после проклятия Мёртвого Короля воров эта тема вновь стала для Сарефа достаточно болезненной. Снова подняв Гилеан, Сареф сделал едва уловимый жест пальцами. В тот же момент ставни корабельного окошка с треском захлопнулись, явно подбив ему оба глаза.
Как ни странно, никто из отряда не оценил остроумие Сарефа. Даже Хим, который всегда поддерживал своего хозяина, сейчас лишь молча стоял позади без какой-либо реакции. Сареф скорее сейчас ощущал его злость от того, что этот старик посмел усомниться в том, что его хозяин может быть достойным командиром. Йохалле же, опустив взгляд, пробормотал про себя:
— Ну, тут он, конечно, уже сам напросился…
Мгновение спустя окошко снова с грохотом распахнулось, и перед ними предстала всклокоченная голова, под глазами которой наливалась синева.
— Ах, так! Даже не могут старика выслушать, неблагодарные свиньи! Ну, раз хотите сражаться — пеняйте на себя!
В тот же момент он захлопнул окошко. А мгновение спустя над ними подозрительно заскрипели ржавые цепи. И в следующий момент…
— В СТОРОНУ! — Прорычал Йохалле, группируясь и совершая резкий прыжок. Махиас и Эргенаш, за свою жизнь успевшие натренировать реакцию до идеала, отпрыгнули в сторону, Сареф, вызвав Системное окно, с помощью Тёмной Фазы унёс в безопасное место себя и Хима. Эмерс же замешкался и, споткнувшись, упал на землю. А в следующий момент с корабля в него полетел огромный чугунный якорь, который должен был оставить от несчастного орка мокрое место. Но и здесь Сареф успел среагировать. Вызвав Системное окно, он выбрал седьмую способность:
Эмерса заключило в сияющую защиту, в которую долю мгновения спустя ударился огромный якорь. И от этого столкновения срезонировала такая отдача, что все невольно заткнули уши от отвратительно режущего звука. Силовое Поле с орком внутри от этого удара, наверное, сместилось примерно на метр, но всё же выдержало и защитило Эмерса от неминуемого ухода на перерождение.
— Ну, как, невоспитанные олухи? — монстр показался на своей палубе, — понравилось?!
— Очень, — прошептал про себя Сареф, вызывая Системное окно и указывая на монстра Гилеаном, — попробуй это на себе и назови меня слабаком ещё раз, старый дурак!
