Он и сам знал, что выглядит нелепо в этой длинной расклешенной юбке. Цветастая женская блузка потрескивала на плечах и он старался не делать резких движений, чтобы не лишиться хлипкой маскировки. Черные длинные волосы парика свисали по плечам почти до пояса. Лейтенант подумал, что сейчас он сильно напоминает хиппи, к тому же еще и несколько странного. Этот «маскарадный костюм» Артему удалось раздобыть в студенческом общежитии, куда он забежал случайно, удирая днем от милиции.
Посмотрел вниз. Из–под юбки предательски выглядывали армейские шнурованные бутсы сорок третьего размера, которые он сразу же постарался поджать под скамейку как можно сильнее. В животе заурчало от голода. Тошнота подкатила к горлу и он вспомнил, что не ел уже двое суток.
На улице становилось все темнее. Было около одиннадцати вечера. К тому же он находился глубоко в тени огромного куста сирени. Свет фонаря на углу аллеи не доставал до лейтенанта и он очень надеялся, что никто его здесь не найдет. Артем сидел уставившись перед собой и судорожно раздумывал, что же делать дальше? Выхода, казалось, не было. Его обложили со всех сторон. Каждый шаг грозил арестом. Даже выбраться из города он теперь не мог. Тот канал, что сообщил друг при последней встрече, оказался ненадежным. Мало того, молодой офицер едва не попался. Студенты общежития невольно помогли ему оторваться от милиции и вот теперь он сидел в парке.
Торопливые шаги неподалеку заставили повернуть голову. Тоненькая девичья фигура остановилась под фонарем. Он увидел, как девушка повертела головой во все стороны и решительно направилась к скамейке в кустах. Это была та самая журналистка, из–за которой, как он думал, его едва не сцапали в городе. Лейтенант замер на скамейке, надеясь, что она не заметит. Но не тут то было! Журналистка решительно направлялась прямо к нему. Чуть вглядевшись, она прошептала громко и удивленно:
— Ты здесь!?! Значит, правда! Ты хоть знаешь, что сюда патрули со всего города спешат? Я узнала случайно. Неужели ты действительно думаешь, что этот маскарад поможет? Куда ты спрячешь широкие плечи? — Она вдруг оглянулась и прошипела: — Молчи! Только молчи! Патруль сюда идет…
Повертела головой во все стороны, надеясь отыскать укрытие. Сразу поняла тщетность. Неожиданно и очень резко скомандовала:
— Подними юбку повыше и кофту эту дурацкую скинь! Я ведь знаю, что у тебя там камуфляж!
Он машинально выполнил приказ. Сорвал юбку, блузку и парик за долю секунды. Скомкал и зашвырнув в куст, вернулся на место. Сел в ожидании, что она еще скажет. Девушка за это время развязала пояс на плаще. Раскинула полы и неожиданно села ему на колени, прикрыв камуфляж своей одеждой. Обняла за шею, прошептав:
— Извини.
Прижалась сухими губами к его губам. Артем дернулся от удивления, но руки парня так и остались лежать по бокам. Журналистка на мгновение оторвалась от его губ и прошипела:
— Ты что, попасться хочешь? Хотя бы руки подними!
Артем обнял девичье тело, чувствуя, как что–то ломается в душе. Настороженность пропала. Появилось ощущение, что все идет несколько не так, как он думает. Девушка, сидевшая на коленях, явно старалась укрыть его от чего–то страшного.
Совсем рядом раздались тяжелые шаги нескольких пар ног. Он крепко прижал журналистку к себе и поцеловал по–настоящему. Сильные руки скользнули под плащ, скрывая камуфлированные рукава и прижимая упругое тело. Она вздрогнула, но не отстранилась, хотя и не ответила на его поцелуй. Мужские пальцы подрагивали на хрупкой спине.
Патруль поравнялся с ними. Раздался невнятный разговор, затем быстрые шаги. Артем определил, что двое отошли в стороны от старшего и сейчас охватывают его с боков… Начальник патруля подошел поближе и осветил их фонариком. Девушка резко обернулась, прикрыв собой мужчину, с досадой сказала:
— У вас совесть есть? Неужели даже целоваться надо под присмотром?
Не молодой прапорщик выключил фонарь и с ухмылкой сказал:
— Опять ложная тревога. Какому–то дураку показалось, что здесь преступник прячется, а мы отдувайся. Опять весь сон насмарку! Извините, барышня! Пошли, ребята! Это не он…
Патруль, чертыхаясь, ушел. По видимому он столкнулся по дороге с другим патрулем, так как раздались приглушенные голоса и легкий смешок. Девушка дождалась, когда шаги стихли, отчужденно отстранилась и встала с колен Артема:
— Пошли!
Он не пошевелился:
— Куда и зачем?
— Ко мне. Там тебя точно искать не будут.
Он продолжал сидеть на скамейке. Тихо спросил:
— Почему ты спасла меня сейчас и предала днем?
Она наклонилась к самому уху лейтенанта. Несколько раз коснувшись губами мочки, прошипела:
