забыла о своей любви и начала встречаться с другим парнем? Извини, если
разочаровала, но я так не могу.
– Как можно продолжать любить его после такого? Он же совершил
ужасн…
– То, что он совершил, тебя никак не касается. Мы разберемся с этим
сами. Вот когда ты полюбишь кого-то так же сильно, как я всегда любила
Диму, ты меня поймешь. Я не говорю, что готова простить его, но и любовь
из сердца хладнокровно вырвать не могу.
– Или не хочешь, – пробубнил он, словно обиженное дитя.
– Или не хочу, – спорить больше не было смысла, поэтому я
захлопнула дверь машины и быстро выехала со стоянки.
14 глава
Фары неотступно следовавшей сзади машины привлекли мое
внимание. Из-за темноты, полностью накрывшей город, я не могла
разобрать марку автомобиля в зеркале заднего вида. Так как в этой стороне
больше никто не жил, можно было предположить, что это либо Дима, либо
Кирилл. Даже не знаю, кого бы хотелось видеть сейчас больше.
Не доезжая до моего дома примерно триста метров, неизвестная
машина пару раз моргнула фарами, явно призывая остановиться.
Видно водитель понял, что я не собираюсь тормозить, и пошел на
обгон. Технично и аккуратно меня прижали к обочине. Так как фары теперь
освещали машину, остановившуюся правым боком ко мне, я сразу узнала
преследователя. Дима вышел из машины и яростно хлопнул дверью. С
горящими бешенством глазами он быстро подошел к моему автомобилю и
попытался открыть дверь, которую я предусмотрительно заблокировала.
– Арина, выйди немедленно, – в сердцах хлопнул он рукой по
крепкому стеклу.
– Эй! Ты вообще охренел? – возмутилась я.
– Будь взрослой девушкой, выйди из машины. Я просто хочу
поговорить.
Тяжело вздохнув, разблокировала дверь и махнула головой на
соседнее сидение. Дима обошел машину и присел рядом, снимая пиджак и
кидая его на приборную панель.
– Зачем ты подрезал меня?
– Хотел поговорить.
– О чем? – сухо спросила я, отвернувшись к окну.
Дима взял меня пальцами за подбородок и медленно развернул к себе.
– Я соскучился по тебе, малыш.
Закатив глаза, оттолкнула руку мужчины.
– Чего ты добиваешься? У тебя совсем нет стыда? Ты изменил мне с
моей же сестрой, а теперь ведешь себя так, будто ничего не произошло.
– Потому что я не уверен до конца, что у нас что-то было. Зная твою
сестрицу, от нее можно ожидать любой подставы.
– Что ты имеешь ввиду?
Я так хотела услышать веские аргументы, что он не спал с ней, поверить в них. Но в дальней части подсознания противный голос
нашептывал, чтобы я не верила ни единому слову. Разрываясь от сомнений,
я металась, словно напуганный в клетке зверек, не зная, куда бежать, кому
верить.
– Ну, не мог я забыть о таком, понимаешь? Твоя сестрица вполне
могла что-то подмешать мне в бокал с вином, пока я был в ванной.
– Ты не можешь вот так голословно обвинять ее, будучи полностью
не уверенным в своих словах.
– Прикажешь мне у нее узнать? Она сразу и признается.
– Дима…
– Котенок, если она все подстроила, ты понимаешь, что мы разрушим
все между нами из-за какой-то… стервы?
– А если нет?
– Я попытаюсь надавить на нее. Если моя измена подтвердится,
больше я к тебе не подойду.
Опустив голову, я уставилась на свои короткие ногти.
– Зачем ты обнадеживаешь меня? Я не смогу теперь двигаться
дальше, пока ситуация не сдвинется с мертвой точки.
Мужчина резко подался вперед и, схватив за руку, прижал к своей
груди.
– Мне никто кроме тебя не нужен. Я готов хоть всю жизнь
вымаливать у тебя прощение, – прошептал он, целуя меня в макушку и
проводя ладонями по спине.
Я отчаянно пыталась сопротивляться желанию прижаться к нему всем
телом, но растаявшее в объятиях сердце не хотело покидать кокона
мужских теплых рук. На одно мгновение мне показалось, будто все
вернулось назад, туда, где мы были счастливы. Но это всего лишь иллюзия, мольба одинокой души, желающей найти успокоение.
Оторвавшись от Димы, я с болью посмотрела ему в глаза, замечая в
них схожие эмоции. Каждый из нас сейчас переживал личную трагедию.
Вот только если Дима пытался придумать способ вернуть меня обратно, я
пыталась его забыть.
– Что со мной происходит? Когда думаю о вас с ней, у меня крышу
сносит от ненависти и дикой боли. Но, тем не менее, позволяю тебе
обнимать себя.
– Ты все ещё любишь меня, котенок.
Подняв мою голову за подбородок, Дима достал что-то из кармана
брюк и протянул мне.
– Это твое.
На раскрытой ладони лежало золотое кольцо с мерцавшим в свете
лампочек небольшим бриллиантом. То самое, которое он подарил, делая
мне предложение. Хоть я и ответила отказом, кольцо на палец он мне все
же надел, только на средний, а не на безымянный.
– Я не могу его принять. Нет.
Дима взял меня за руку, которую я безуспешно пыталась вырвать, и
