Отвернувшись, ускоренным шагом пошла по направлению к парку. Судя по шагам Димы за спиной, тот не понял мой намек и твердо решил поговорить. Раздраженно зарычав, толкнула мужчину в грудь, вкладывая в удар всю злость, что скопилась во мне на данный момент.
— Отстать. Уже. От. Меня, — выделила каждое слово, чередуя их с ударами.
Дима поймал запястья моих рук и настойчиво придвинул меня к себе.
— Я прошу лишь об одном разговоре. Дай мне шанс все объяснить тебе.
— Не понимаю, что здесь вообще можно объяснять, — процедила сквозь зубы, вырывая руки из хватки мужчины.
— Нам лучше отойти подальше от любопытных взглядов.
Злобно усмехнувшись, едко подколола Диму:
— Боишься опозориться и подпортить свою репутацию?
— Боюсь, что кто-то может уйти отсюда со сломанным носом, если выкинет в твой адрес какую-то гадость.
— Ты изменил мне, а гадости должна выслушивать я? Что за бред!
Но все же решила, что раз отделаться от Димы не получится, лучше не выставлять наш скандал на всеобщее обозрение. Поэтому, не сговариваясь, мы оба пошли в отдаленную часть парка, скрываясь от заинтересованных свежими сплетнями людей.
Сложив руки на груди, я с невозмутимым и безразличным видом посмотрела на Диму. Хоть снаружи я и выглядела отстраненной, внутри же свирепствовал ураган эмоций, не давая сосредоточиться на разговоре.
— Я не помню, что произошло той ночью…
— Конечно, ты ведь был пьян, — ядовито бросила ему.
— Я выпил лишь несколько бокалов вина, затем в глазах все помутнело, и отключился.
— Конечно, а Вероника сама залезла к тебе в постель. Браво, Дима, — громко захлопала в ладони, привлекая к нам ненужное внимание, — ты еще больше опустился в моих глазах.
Мужчина подошел ко мне и с болью посмотрел в глаза.
— Разве я когда-то предавал тебя? Причинял боль? Почему ты ведешь себя так, будто я самый омерзительный человек на этой планете?
— А что ты хочешь от меня? Как сам бы поступил, будь на моем месте?
Главное не расплакаться, особенно при нем.
— Я не знаю, но мне…
— Так что ты хочешь от меня? Благодаря вам я окончательно запуталась. Но одно знаю точно — больше ни ты, ни Вероника не подойдете ко мне и на километр. Это был наш последний разговор.
— Арина, я не смогу отпустить тебя.
— Знаешь, почему я тогда отказалась выходить за тебя замуж? Потому что ты всегда меня контролировал, не давая дышать. Хоть я и боялась потерять тебя, больше всего я боялась потерять свою свободу, стать твоей игрушкой.
Дима резко качнул головой в знак отрицания моих слов.
— Я, конечно, порой перегибаю палку, но ты могла поговорить со мной об этом, а не молчать.
— Однажды я пыталась начать разговор, но ты даже слушать не стал. Сказал лишь, чтоб я не забивала голову всякой ерундой. Мне надоело вечно подчиняться тебе, исполнять каждое твое требование.
— Ты серьезно? О каких требованиях вообще идет речь? — Дима явно начинал нервничать, так как не мог в этой ситуации давить на меня.
— Взять даже ту поездку на природу с Кириллом.
— Пфф, — фыркнул мужчина, — насчет этого у меня к тебе тоже есть претензии.
— И какие же?
Проходившая мимо нас пара заставила Диму помедлить с ответом. Дождавшись, пока они отойдут на приличное расстояние, он ответил:
— Какого хрена ты вообще куда-то ездила с малознакомым парнем? А я ведь тебя отпустил, хотя мог и пресечь эти дружеские отношения, — выделил мужчина слово «дружеские».
— Может я и поступила опрометчиво, просто хотела доказать тебе, что сама могу решать, где и с кем мне отдыхать.
— А ты не думала, что он мог причинить тебе вред, окажись вы наедине?
— Поэтому я и предупредила тебя, где буду находиться. И на звонки каждый час сразу согласилась, понимая, что так буду в безопасности.
Дима обескураженно покачал головой и почесал затылок рукой.
— Ладно, считай, что я понял твои мотивы. Вернемся к началу разговора.
— Не хочу больше ни о чем говорить, да и смысла не вижу. Особенно после того, как ты столько лет врал мне.
Я быстро отвернулась и собралась уже уйти подальше от мужчины, но он схватил меня за локоть и рывком развернул к себе.
— Что это значит?
— Я знаю, что ваша связь длится на протяжении нескольких лет, так что не надо мне говорить о случайной ошибке.
Растерявшись, Дима даже отпустил меня и озадаченно нахмурил брови.
— Что за бред? Кто тебе наплел эту херню?
— Вероника сказала, что поэтому вы изображали ненависть друг к другу. С целью скрыть от меня ваши тайные отношения.
— Вот с*ка мстительная, — зарычал Дима и, схватив меня ладонями за щеки, тихо прошептал, — Клянусь, до той ночи между нами ничего не было. А ненавидел я ее, потому что около четырех лет назад она призналась мне в любви. Я тогда отвадил ее, но Вероника не сдавалась, пытаясь соблазнить меня.
Не знаю почему, но от осознания того, что Дима не изменял мне все эти годы, стало легче. Я верила его словам, так как больше всего мужчина презирал ложь во всех ее проявлениях. Ни разу ни уличенный во вранье, он заслуживал немного доверия.
— Почему ты не признался мне сразу? Я имела право знать, чтобы пресечь ее действия на корню.
— Ваша связь с сестрой всегда умиляла меня. Я просто боялся сделать тебе больно.
