– Проклятье! Эммм.... может наколдуешь что-нибудь для меня? Не могу же я разгуливать в одном полотенце.
В ответ он нахмурился.
– Я не волшебник, повелительница. Не в моих силах сотворить что-либо из воздуха.
– Ну, просто замечательно! И что прикажешь мне теперь одеть?
– Предположу, что это больше в вашей компетенции, – высказался Трейси, пренебрежительно скривившись.
– Да? Тогда давай попробуем снова. Демон Трейси, приказываю тебе принести для меня одежду!
Пятью минутами позже я недовольно глядела на Джима, который был явно поражен работой младшего демона.
– Одно слово, одно единственное словечко насчет Скарлетт О'Хара, и я тебя кастрирую.
Джим кружил вокруг меня, внимательно осматривая греческую тогу, которую соорудил для меня Трейси из тяжелых бордовых штор.
– Я молчу.
– Вот и отлично.
Глубоко вздохнув, я туже затянула пояс, роль которого выполнял золотой шнурок. Наряд, конечно, не от кутюр – черт, да это и платьем назвать сложно, – но уж лучше, чем грязное полотенце.
– Ты смотрела шоу Кэрол Бернетт, в котором она сделала пародию на «Унесенных ветром»? Так вот, твоя в сто раз смешнее!
– Цыц! – бросила я Джиму.
Трейси явно был горд собой, оправляя складки моей тоги. Я ударила его по рукам.
– Если у повелителей какие-либо особые способности, позволяющие быстро проехать через пробку в час пик?
– Нет, – покачал он головой, – Но Вы можете изменять время и пространство. Это поможет?
Я посмотрела на Джима.
– Это несет в себе зло?
– Не-а. Отпадная вещь, хотя и может причинить хренову тучу боли, если ты сделаешь что-то неправильно.
– Поняла. – Я пригладила тогу и взглянула на Трейси. – Пожалуйста, покажи мне, как это сделать.
Несколько секунд спустя, я с криком вывалилась из разрыва в ткани пространства на тротуар, больно ударившись локтем и моей бедненькой многострадальной головкой.
– Твою ж…
– Я же говорил! – заворчал Джим, грохнувшись рядом со мной. – Женщина, ты просто обязана пройти курс по порталостроению. Я чуть не лишился еще одного пальца!
Я встала на ноги и взглянула на демонстративно вытянутую заднюю лапу. Мы оказались прямо посреди плотного движения людей, типичного для вечернего Лондона, несколько человек остановились поглазеть на нас. Гордо подняв подбородок и оправив штору-а-ля-платье на себе, я повернулась к дверям здания Фехтовального Сообщества Лондона с мраморными колоннами по обе стороны двери. Швейцар смотрел на меня с некоторой настороженностью в глазах.
– Надеюсь, меня ждали, – сказала я ему.
– Несомненно. Рад увидеть тебя целой и невредимой, – произнес голос за моей спиной.
Мне даже не нужно было оборачиваться – я точно знала, кто стоит у меня за спиной. Холодные пальцы схватили меня за руку, вызвав своим прикосновением болезненные ощущения.
– Сегодня явно не мой день.
– Серьезно? – Фиат внимательно осмотрел меня с ног до головы. – В тебе что-то изменилось. Сменила прическу?
– О, прекрати ради бога!
– Интересное сочетание одежды, но мне не по вкусу.
Еще пару секунд Фиат внимательно рассматривал меня, после чего пожал плечами.
– Мне не понятно, зачем ты сделала то, что сделала, впрочем, меня это мало волнует. Если не выполнишь то, что я тебе скажу, не доживешь до завтрашнего дня.
Обычно я довольно покладистый человек. В жизни я предпочитаю просто плыть по течению, нежели проводить ее в постоянной борьбе. Но эти вечные ситуации «из огня, да в полымя, потом опять в полымя, а потом в еще худшее пекло», которыми в последнее время изобиловала моя жизнь, начали утомлять.
– Хоть бы раз все прошло как надо! – процедила я сквозь зубы, когда Фиат и его люди окружили меня. Я огляделась, надеясь на помощь кого-нибудь из зеленых драконов, но вестибюль фехтовального клуба был пуст.
– Если будешь делать, как я говорю, все именно так и будет, – мягко прошептал Фиат мне на ухо.
– Смахивает на пресловутые «последние слова». Как насчет каких-либо гарантий на этот счет?
Фиат рассмеялся, ведя меня вверх по лестнице, Джим следовал за нами. Я как раз разрабатывала план, где Джим нападает на двоих телохранителей Фиата, а я в это время разбираюсь с третьим и самим Фиатом, но идея, увы, оказалась не жизнеспособна.
– Не сработает,
– Несанкционированное проникновение запрещено! – прорычала я, усилив ментальные барьеры, не допускающие Фиата в мое сознание. То, что он пробился через них, потрясло меня больше, чем хотелось бы признаться. Фиат и сам по себе был достаточно опасен, но Фиат, контролирующий мои мысли, – это то, отчего кровь едва ли не стыла в жилах.
