Я давно смирилась с тем, что хоть и родилась с драконьим геном, но обернуться драконом не могу. В моей жизни всё шло гладко и размеренно, пока в нашу академию не приехал мой бывший возлюбленный. А что хуже всего, он оказался именно тем, кто может помочь мне стать настоящим драконом. Я бы никогда не стала принимать помощь этого мужчины, но мечта обрести крылья оказалась сильнее личной неприязни. Вот только тогда я не знала, что помогать мне он вызвался не просто так. И у него тоже есть мечта… исполнение которой грозит крахом всей империи.
– Ты уверен? – спросил пожилой невысокий имари, рассматривая огромную формулу, написанную на белоснежной доске.
Потом обвёл чёрным часть расчётов и поставил рядом большой вопросительный знак.
– Поверь, Арго, это именно то, чего нам не хватало, – ответил ему молодой темноволосый мужчина, подходя ближе. – Сыворотка может сработать. Это наш шанс. Мы не имеем права его упустить.
Старик нахмурился.
– Мы можем ошибаться, – сказал задумчиво. – И эта ошибка обойдётся нам с тобой очень дорого. Как ты собираешь добыть вот это?
Аргоил ткнул пальцем в обведённую часть формулы.
– У меня есть на этот счёт кое-какие соображения, – ответил его ученик.
Но Арго не спешил соглашаться, уже понимая, что тот задумал.
– Она тебе такого не простит. А я помню, что ты к этой девочке испытывал сильные чувства.
– Все мои чувства умерли за долгие недели общения с палачами её папаши, – прозвучало в ответ. – Иногда мне кажется, что я всё-таки не выжил в том каменном мешке. Так и остался там. Потому мне плевать, что она меня возненавидит. Моя ненависть всё равно сильнее. Можно сказать, только благодаря ей я всё ещё жив.
– Ты не прав, мой мальчик, – покачал головой Арго. – И можешь потерять то, что действительно ценно.
– Плевать, – бросил он, отворачиваясь. – Потому что, если у нас получится, то это изменит всё. Разве не об этом ты мечтал? Не о свободе для каждого из нас? Разве не этого ты хотел для своего народа?
На этот раз старик молчал дольше. Он смотрел то на формулу, то на своего ученика, а потом прошёл через лабораторию и тяжело опустился в кресло.
– Если у нас всё получится, империя так просто не сдастся. А я не хочу войны. Мне больно от мысли, сколькие могут погибнуть в этой борьбе.
– А разве есть варианты? Прости, но жить так, как мы живём сейчас, тоже нельзя, – эмоционально проговорил темноволосый. – Император не дурак, он не может не понимать, что с нами ему нельзя воевать.
– Диар чрезвычайно умный и расчётливый человек, – ответил Арго. – А ещё очень хитрый. Помни, однажды магам уже удалось победить летунов. И тогда их было в несколько раз меньше. Да, убить дракона в боевой форме почти невозможно. Но у империи немало тех, кто может заставить любого из нас стать человеком. Стать уязвимым.
– И что ты предполагаешь? Оставить всё как есть? Продолжить жить, зная, что всегда будешь связан почти рабской клятвой?
Арго медленно мотнул головой.
– Нет, – ответил он. – Я готов рискнуть. Но лучше для начала добыть хотя бы часть материала для анализа. И только если сыворотка сработает, переходить к активным действиям.
– Вот такой твой ответ мне нравится, – улыбнулся младший имари. Поднялся и, подойдя к доске с формулой, решительно добавил. – Начинай подготовку. Скоро я добуду недостающий ингредиент.
Старик кивнул, но довольным не выглядел. Его явно что-то беспокоило, и это не укрылось от ученика.
– Дети не должны отвечать за ошибки родителей, – проговорил Арго с грустью. – А в нашем случае всё выходит совсем наоборот.
– Однажды мой отец уже пытался бороться с империей. Увы, тогда у него не получилось. Но я сделаю всё возможное, чтобы его жертва не оказалась напрасной. И чтобы те, кто держит нас под колпаком, наконец поняли, что дракон на привези никогда не станет покорным.
А, медленно выдохнув, разжал напряжённо сжатые кулаки и добавил:
– Я сделаю сыворотку, Арго. Сделаю, чего бы мне это ни стоило. И вот тогда мы с имперцами посмотрим… кто кого.
"Я люблю…" – билось в мыслях. Сознанье молчало,
Когда встретились взгляды и столкнулись пути.
"Я люблю…" – окрыленное сердце кричало
И так быстро стучало, аш до боли в груди.
"Я люблю…" – повторяли, не веря в разлуку,
Но чужими руками их судьба развела.
"Я люблю…" – говорили когда-то друг другу,
А потом растоптали свои же слова.
И остались лишь шрамом на сердце потухшем
Те горящие буквы, что сияли, как свет.
"Я люблю…" – оказалось пустым и ненужным,
И мир хрупкий разрушен, И души уже нет.
Скорость становилась всё выше, двигатели ревели всё сильнее, а я неслась вперёд, обгоняя сам ветер. Руки крепко держали руль, борясь с потоками воздуха. Я чувствовала, что прямо за мной летят ещё трое, считай, дышат мне в спину. Но не собиралась сдаваться. Мой ант[1] куда мощнее, чем у соперников, потому у них попросту нет шансов.
Когда большая часть трассы осталась позади, дорога вильнула в сторону, уводя нас к каньону. Дальше лететь придётся по довольно узкому ущелью, но мне не впервой. Справлюсь. Не снижая скорости, я пустила свой ант вниз и понеслась между скалами.
Соперники отстали. Оно и не удивительно, куда им тягаться со мной, тем более на трассе, которую я знаю, как свои пять пальцев. Но и снижать скорость было нельзя.
И вдруг справа меня обошёл чёрный ант. Он промчался мимо так быстро, что я от неожиданности едва не потеряла управление. Тут же прибавила мощности и ринулась за ним. Вот только догнать никак не получалось.
