— Первый, докладывает Южный-один. Контроль над динамической структурой установлен. Вектор поля закольцован. Правда, в клане Лайк-и-Ли тяжёлые потери. Нам пришлось применить, кроме концентрического, ещё и ковровое бомбометание с отклонением ноль.
— Та-ак. И каковы потери?
— До восьмидесяти процентов, ваше превосходительство. Но иного выхода…
— Можете не оправдываться, Южный-один. Хорошо. Ваша задача выполнена. Можете возвращаться на базу. Оставьте только патруль для контроля динамической структуры.
— Так точно, ваше…
— Конец связи, Южный-один. Вот так вот, Эйбрахам, после того, как справимся с Чёрным Иваном, придется поднимать этот клан. И какого чёрта им потребовалось так ожесточённо драться?
— Я слышал, что Ли входит в пятерку самых сильных Ворожей нашего сектора.
— Вероятно. Жаль будет, если она погибла. Красивая девушка.
— Тогда, с вашего разрешения, ваше превосходительство, я бы занялся моим кланом. Заглянул бы к ним, а то они ведь схватились с Дромоком. Разрешите идти?
— Разрешаю. Держите меня в курсе.
— Северный-два к Первому, срочно, спешно, экстренно! Северный-два вызывает Первого!!!
— Первый на связи, Северный-два, и совершенно незачем так орать.
— Ведём бой с перенесенным живым объектом. Объект не классифицирован. Имею потери в людях. К настоящему моменту объект локализован, но синхронизация сильно нарушена. Нестабильность вектора динамической структуры грозит серьезной аварией, ваше превосходительство.
— Почему утрачен контроль за синхронизацией?!
— Господин генерал, мы выманили эту тварь на поверхность, но она успела уложить четверых. Аппаратура юстировки и коррекции уничтожена на шестьдесят процентов. Мы делаем всё, что возможно, и продержимся еще минут тридцать, если не случится ничего непредвиденного. Но нам нужна поддержка.
— Хорошо, резервная группа будет в воздухе через сорок секунд. Адъютант!.
— Есть, ваше превосходительство! Уже выполняю!
— Постарайтесь взять эту тварь живой, Север-ный-два. Было бы очень любопытственно на неё посмотреть.
— Приложим в.се уси…
— Господин генерал! Неконтролируемый лучевой выброс по пеленгу от Чёрного Ивана к Север-ному-два! Не удержать в рамках! Господин ге…
— В Бога, в душу, в мать и во всех пресвятых апостолов, лейтенант! Неужели это всё?!.
Земля вокруг Твердислава содрогнулась во внезапной судороге — так корчится от боли израненное живое существо. Визг сменился неистовым гулом и грохотом, словно рушилась целая горная цепь. Зеленый свет исчез, точно сдутый ветром; на грудь навалилась страшная тяжесть, всё окутало тьмой; Твердислав чувствовал, что его опрокинуло и понесло, и поздно было уже бессильно кричать в сжавшиеся земляные толщи: “Джейана!”
Потерять сознание Чарусу не дали. Первой возле него очутилась вездесущая Гилви; продравшая до самых печёнок ледяная боль мигом привела Чаруса в чувство. Девчонка сунула ему прямо в обожжённые руки копьё, поспешно наложила какое-то заклинание — и деревянный гладкооструганный кол буквально примёрз к ладоням парня. Ладони потеряли чувствительность, Чарус хотел разжать пальцы — и не смог.
И тут на него вывернулась какая-то Ведунья. Они схватились; злодейка отбила первый, не слишком уверенный выпад Чаруса; и прежде чем он успел нанести второй, началось настоящее пришествие Великого Духа. От нежданного грома, казалось, сейчас расколются небеса; в некотором отдалении на западе внезапно вздыбился огненный гребень, пламя достигло туч; огонь сменился жирным чёрным дымом, мгновенно окутавшим всю закатную часть горизонта.
Ведуны.не обратили на это никакого внимания. И, конечно же, первой мыслью защитников Пэкова Холма стало — “Ведунья магия”!
Чёрный дым всё валил и валил, правда, теперь он смешивался с серым — на пути огненного клинка вспыхнул лес. Всё это тянулось куда-то на северо-запад, далеко, как только мог окинуть глаз.
— Не теряйсь! — как мог громко вскричал Чарус, вновь пуская в ход копьё. — В нас целили, да промахнулись! Глаз-то косит! Не робей, сладим!.
Однако Ведуны, не имея иного оружия, кроме одних лишь рук, тем не менее теснили и теснили Твердиславичей. Они сражались каждый сам по себе, вертясь, словно диковинные волчки; Ведунов и было-то всего десятка три, но урону — как от целой армии. Копья ломались о внезапно сделавшуюся необычайно прочной плоть; первого Ведуна завалили, когда он сам уже успел сразить троих; и Чарус, видя это, почти сразу же понял, что Пэкова Холма им не удержать. Зря, видать, он звался Пэко-вым.
Среди сражающихся мелькали огненные космы Гилви; девчонка вертелась ужом, поспевая повсюду, в самые горячие места; и кто бы теперь подумал, что совсем недавно она ходила у Миха в подручных! Да теперь на этого Миха она бы и краем глаза не посмотрела!
Кукач, застонав от хлестнувшей по плечам, точно плеть, железной длани Ведуна, всё же исхитрился
