Хорошо, Иван — один из них. А когда лежал в своей берлоге на грубом топчане, а мы сидели и терпеливо ждали, пока он проснётся, — как соотнести такое с его принадлежностью к расе первых по-
мощников Великого Духа? Каждый знает — они ведь сами духи в основе своей! Ох, голова раскалывается от таких мыслей! Н-да, хотела сперва остеречь да мало-помалу завернуть к дому, с Учителем помирить, а вышло вон оно как.
И все-таки они пробирались вперёд. Им везло — на пути никто не попался. Хотя эти места слыли самыми населенными и, кроме людей, тут можно было встретить и эльфов.
Побывать в тайных эльфийских рощах — какая Ворожея не мечтала о подобном? Отыскать дорогу к ним было непросто, все пути охранялись могучими заклятиями. Если бы не Долг Крови, угодив в эти места, Джейана наверняка бы уговорила Твер-дислава заняться поисками, а так — остается только вздыхать да утешать себя несбыточным “как-нибудь в следующий раз”.
Правда, несколько раз пришлось схлестнуться с неразумным зверьем да мелкими голодными духами, которых почему-то не остановил охранный круг. Одного окончательно развоплотила Джейана, второго сжёг Твердислав. Мелкие дорожные приключения, не более того.
Ну почему, почему нельзя было согласиться сразу, Иван? Для чего было устраивать весь этот спектакль, да ещё такой длинный? Трепать всем нервы, вынуждать нас на крайние меры? Я не уверен, что хирурги успеют вас как следует заштопать до начала операции!
— Мне необходимо было время, чтобы всё как следует обдумать.
— Обдумать. Все сходят с ума, мне грозят рас-стрельной статьей…
— Ну, теперь вам ничто не грозит…
— Вы заблуждаетесь. Я такой же заложник этой операции, как и вы. Но если вы умрёте сразу, в тот же миг, когда решите начать свою игру, то я чуть позже. Вам не придется мучиться — оборотная сторона эффективности, а мне так просто уйти не дадут.
— Ну, если я решу, что жить не стоит, я умру с чувством, что вам тоже несладко.
— А вот это вы зря. Вы ведь умрёте не один. Твердислав и Джейана тоже. И, поверьте, отнюдь не так легко, как вы.
— Заложники. Ничего нового вы придумать не в состоянии.
— Наиболее эффективные схемы — наиболее простые схемы. Разве вас этому не учили?
— Учили.
— Вам сняли блок? Вы всё помните?
—Да.
— Мы держим слово. Сдержите и вы своё. Спасёте себя и всех.
— Я же согласился.
— Вы, Иван, терзали нас так долго и так успешно, что поневоле закрадывается сомнение.
— Но разве мозголомка…
— Мой дорогой, вы же прекрасно знаете, что, примени мы мозголомку на полную мощность, вы бы оттуда не вышли. Вас бы вывезли и отправили в лечебницу для пожизненного там пребывания. А я далеко не уверен, что вы с вашими способностями не навострились обманывать и этот прибор.
— Вы преувеличиваете.
— Ближе к делу, Иван. Мы сняли вам один блок, но вместо этого дали вам гарда, стража.
— Мне рассказывали.
— Repetito est mater studiorumnote 24. He помешает. Так вот. Ваша задача — привести нашу пару в условленное место, где их будут ждать. Попытка отклониться от курса или уйти под землю означает смерть — и вашу, и ребят. В полном соответствии с Законом об экстерминации. Вам они доверяют. Постарайтесь, чтобы обошлось без крови. Если мы их возьмём — ручаюсь, с ними ничего не случится.
— Я считаю, что вы ещё не выжили из ума, чтобы отпускать их в клан?
— В клан? О нет, конечно же, нет. Их ждет Корабль.
— Вот как?
— Именно так, Иван. Я надеюсь, у вас хватит здравого смысла не пытаться избавиться от гарда. Ну и уж не буду говорить, что в случае успеха вы получаете полную амнистию и возможность уехать куда угодно с полным кошельком.
— Разве есть во Вселенной место, куда бы мы могли уехать и где не было бы Умников?
— Именно потому, что Умники почти везде; всегда есть места, где их пока ещё нет. Закон природы — те, у кого есть деньги, стремятся оказаться как можно дальше от передовой. А поскольку передовой сейчас и вовсе нет — то есть она почти везде — то всё время открываются некие тайные местечки, где можно спокойно пожить месяцев шесть, а то и год.
— Вы меня убедили, господин Алонсо. Обещаю, что не стану делать глупостей. Вы, разумеется, можете меня убрать после операции, но тогда я утешусь хотя бы тем, что ребята живы.
— Очень правильные рассуждения, Иван! Очень правильные! Признаться, я жалею о том, что вы поставили себя вне Проекта. Вы были отличным^Учи^ тел ем.
— Давайте не будем говорить об этом, господин Алонсо.
— Да, да, конечно, приношу свои извинения. Вам придется отыскивать их примерно вот в этом квадрате… посмотрите на карту. Точнее сказать не могу — мы их потеряли и обнаружить не удалось даже со спутников.
— Это, простите, как?
— Вижу, отстали вы от прогресса, дорогой Иван, отстали. Это раньше: оптика, излучение. Теперь всё иначе, я и сам ещё не разобрался, все времени нет.
— Знаете, Алонсо, я всегда поражался, как вы достигли вашего положения с такой феноменальной болтливостью?
— Люблю поговорить, Иван, есть грех. Но — возвращаясь к нашим баранам — есть вероятность, что они постараются связаться с эльфами.
— Еще одна наживка?
