Минхо указал на точку внизу воздушного корабля — берга, — зависшего прямо над ними. Там красовалось стилизованное изображение человека неопределенного пола с поднятой правой рукой, согнутой в локте под прямым углом. Руку с широко расставленными пальцами окружал широкий красный круг. Над кругом поднимались, как копья, острые зубцы: в общей сложности штук десять, из-за чего он напоминал стену древней крепости или, может быть, корону.
— Меня они отпустили, — задрав голову, крикнул Минхо, — а сами, наверное, летели за мной. Мне… очень жаль. Ничего не понимаю.
Айзек указал на Летти, распростертую на земле.
— Это как-то связано с ней? Ты видел ее раньше? Или этого?
Он указал на Тимона, который вместе со всеми таращился на усеянное летающими машинами небо.
— Ни разу в жизни.
Они говорили бы и дальше, но вдруг все изменилось. Берги начали маневрировать и перестраиваться. Два сферических гиганта поплыли к центру группы, а меньшие, плоские, окружили их по периметру. Рев синего пламени и гудение работающих двигателей — весь этот непонятный шум давил на уши и пронизывал мозг. Айзек вспомнил старые добрые времена в Кузнице, где он ковал гвозди, молотки и плуги. Каким возмутительно примитивным все это казалось сейчас!
Вдоль днищ двух шарообразных кораблей появились узкие полосы света, которые расширились, когда начали очень медленно открываться створки. Одновременно три сопровождающих берга снаружи опустились к земле и зависли в нескольких десятках метров над колышущейся травой. В них тоже появились полоски света, но другие. Половинки их днищ опустились под наклоном, как пандусы, и застыли, зависнув в открытом положении.
Неожиданно из всех трех кораблей посыпались человекообразные тени. Фигуры, сцепленные вместе, в лохмотьях, шлепались одна на другую, будто выброшенный мусор. Вскоре по их сторону моста образовался неровный полукруг, захвативший Айзека и его друзей. Тела шевелились и толкались, силясь встать. Они напоминали людей, только в глазах почти не было жизни.
Внутренний голос Айзека, последние дни не дававший о себе знать, вновь закричал:
ШИЗЫ!..
Нет! Неужели такое возможно?
— Мост! — воскликнул Фрайпан. — Переходим чертов мост!
Но тут он заметил то, что уже увидел Айзек. Четвертый берг сбросил охапку тел с другой стороны, и они уже карабкались на шаткий стальной каркас. Айзек оглянулся на остальных шизов. Те каким-то чудом поднялись, перестали драться и пришли к согласию. Казалось, ими управляет невидимая рука. Они растянули скованные цепями руки и ноги, образуя забор, который вскоре вытянулся в непрерывную дугу вокруг друзей Айзека, с центром у входа на мост. Ловушка. Они в ловушке.
Их окружили шизы. Чудовища из детских страшилок.
Айзек схватил Минхо за рубашку.
— Что можно сделать? — завопил он, выплескивая страх.
Минхо покачал головой. Его лицо выражало муку, но не страх. Парень не испугался.
— Скажи своим друзьям! — крикнул он. — Скажи, чтобы не ввязывались в драку, иначе их убьют!
Айзеку было стыдно признаться, но ему даже в голову не пришло, что можно вступить в борьбу. С армией шизов и летающими машинами, которые стреляют голубым пламенем, мощным, как тысячи кузниц? Он потерял всякую надежду.
Он посмотрел вверх на висящие в небе металлические шары с распахнутыми дверями.
Из разверстых утроб спускались на землю, словно древние боги, гигантские машины — сплошная сталь и стекло, провода, шланги, у каждой четыре конечности с гигантскими колесами, из которых торчали острые шипы. Машины спускались со зловещим скрежетом и падали с бешеным грохотом, от которого тряслась земля.
Все это время Айзек и остальные бессознательно отступали, иначе непонятные воздушные суда оставили бы от них мокрое место. Бежать было некуда, прятаться негде.
Айзек посмотрел на Садину. На Триш. На Доминика и Джеки. На Миоко. На старину Фрайпана, Карсона и Лейси. Он обвел взглядом своих друзей, даже Тимона с Летти, Минхо и Рокси. Оглядел всех и с удивительным спокойствием подумал: «Неужели все кончено? Неужели и для меня, как для многих предков, наступил конец света?»
Вращая шипованными колесами в пугающе слаженном безумном танце, машины с чудовищным скрежетом направлялись к ним.
