Разрушенный рыцарь полностью

Ее, его и эту метель. А снег падал, кружился вокруг них, окутывая угрюмого парня и солнечную девушку, которые держались за руки и не видели ничего вокруг.

— Можно мне провести эту ночь рядом с тобой?.. — шепотом, с дрожью в голосе попросила Тереза.

Рафаэль знал, что она имеет в виду не физическую близость. И, если честно, ему этого было достаточно. Просто смотреть в любимые снежные глаза, слышать звук ее мелодичного голоса, который отгонял его страхи прочь, переплетать пальцы. В последний раз. «Больно, как же это все больно на самом деле! Так, что хочется завопить». Он ничего не ответил. Только резко кивнул. Взял за руку и повел за собой.

Тереза лежала в постели, глядя на Рафаэля. Запоминая каждую черточку, каждую деталь. Запах черники… Утром все закончится. Воздух комнаты показался ему холодным. Может, из-за того, что окно в спальне было открыто. А может, потому, что их время закончилось.

— Обними меня, пожалуйста, — попросила она тихо, и эта просьба чуть не поставила его на колени.

Сердце Рафаэля пропустило удар. Он лег и привлек девушку к себе. Тереза испуганно, потерянно прижалась к его боку, цепляясь за Рафаэля так, словно он единственное, что имеет для нее значение. Он наклонился и мягко поцеловал девушку. Но ощутил на губах вкус соли. От ее слез.

— Не плачь. — Голос Рафаэля сорвался.

Тереза всхлипнула и только сильнее прижалась к его плечу, выплакивая всю боль, тоску и безвыходность. «Я чувствую то же, Теа». Он шептал что-то утешительное и гладил ее по голове до тех пор, пока рыдания девушки не стихли. Но даже уснув, Тереза продолжала обнимать его. «Мне так будет не хватать тебя, радуга! Ты даже себе не представляешь».

Тереза смотрела на роскошное белоснежное платье, как на ядовитую рептилию. Она провела рукой по воздушной сияющей ткани. Красивая. Пустая. Не то. Это — не ее. Свадьба с Джеймсом — фатальная ошибка.

Девушка вздрогнула, когда в дверь постучались. Эмили вошла в комнату. Бледно-зеленое платье ниже колен придавало ей величественный вид.

— Почему ты еще не одета? — поинтересовалась она, холодно оглядев Терезу.

Вот и вся реакция. Ни слез волнения, ни радости, ни гордости за дочь перед ее свадьбой… Абсолютно ничего. Терезу словно холодной водой окатили. Так, значит, слова любви и ласки до этого были просто методом получить от нее желаемое? Родители манипулировали ее чувствами. Снова.

«Почему ты удивлена? Она ведь всю жизнь была такой…» — горько подумала девушка.

Взгляд психоаналитика. Равнодушный и препарирующий. Мама лишь оценивающе осматривала ее внешний вид, словно желала выискать изъяны и в очередной раз ткнуть дочь в них носом.

— Поспеши, не заставляй Джеймса тебя ждать, — заключила она.

Всегда безупречно выглядящая. Далекая. Отстраненная.

— Ты любишь меня, мама? — тихо произнесла девушка.

— Прекрати эту сентиментальную ерунду, — поморщилась Эмили. — Мне пришлось тебе это сказать, потому что нормальный язык ты не понимала. Но больше нет смысла играть.

— Я была инструментом для того, чтобы удержать папу в браке с тобой? Слышала однажды, — вырвалось у нее.

— Бог подарил нам тебя для того, чтобы наша семья не распалась, — подтвердила ее опасения женщина. — Мы дали тебе все, о чем можно мечтать. Будь благодарной и не наседай на меня со своими глупостями. И ради всего святого, прекрати выглядеть такой несчастной. Не нужно всем портить настроение, — отчеканила женщина, поджав губы.

Дверь спальни захлопнулась. И вдруг вспышка. Осознание. Стремительное, внезапное… В этот самый момент девушка поняла совершенно простую истину. Ту, от которой бежала так много лет. Она не должна ничего доказывать этим людям.

Тем, кто никогда не заботился о ней. Не любил. И эти люди говорили о вере в Бога?..

Разве они стоят потраченной впустую жизни? Зачем стараться заслужить их любовь, когда нормальные родители любят своего ребенка лишь за то, что он просто есть? Бескорыстно, всеобъемлюще… Нельзя заставить кого-то тебя полюбить. И не нужно ради этого совершать подвиги. Что бы она ни сделала, ее родители никогда не будут довольны. Они просто не умеют любить. И не ей учить этих людей чему-то или менять их. Нужно отпустить их.

«Отпусти свои мечты о том, что родители тебя полюбят. Этого никогда не случится». Маленькая девочка внутри нее на этот раз не запротестовала. Она приняла это. Тереза чуть не рассмеялась оттого, что такая простая мысль никак не доходила до нее раньше. Оказывается, все на самом деле так просто.

Но девушка понимала: объяви она им это в лицо, ее насильно заставят пойти на церемонию бракосочетания. Родители не вынесут неуважения или сорванных планов.