Сражение между кланами игроков на скрытом от всего мира Острове входит в решающую стадию. Теперь либо ты победил — либо мертв.Отряд Ника, скрываясь от более сильного клана, владеющего техномагией порталов, прорывается сквозь опасные каменоломни. Мир подземелий Острова велик и опасен, полон чудовищ-мобов, странных артефактов и оружия. Но именно этот путь ведет к закрытому от всех центру Арены, где властвует загадочный Небесный Легион. Что спрятано за непроницаемой завесой, созданной вокруг срединной локации цепью тотемов-оберегов?
Наша когорта медленно движется по каменному коридору, и Вики, бывший клан-лид, говорит:
— Три лидирующие когорты должны пропустить в центр Острова. А аутсайдеры… То есть аутсайдеры из простых… — Она смолкает, но ее молчание красноречивее слов.
— Ты врешь! — свирепеет Илай. — Они не посмели бы убить столько людей!
Хелен возражает:
— Сколько раз ты так думал? И всегда оказывался неправ. Для нашего мира нас уже нет в живых. Нас уже списали, вот и все. Да и какое это теперь имеет значение. Если Зара не ошиблась, надо идти к цели, у нас есть две недели.
Вики включает фонарик. Илай мотает головой, останавливается, сжимая виски руками:
— Не понимаю. Вот правда. На хрена было уговаривать нас? Заключать с нами контракт? Разве не проще просто вывезти нас сюда, выбросить, и — выживайте как знаете. А, Вики? Ты знаешь ответ, поделись, — он сплевывает ей под ноги, — с «простыми».
Сознание Илая отказывается принимать новую реальность, он изо всех сил хватается за старую. Вики ему подыгрывает:
— Если бы я знала, что будет так, ни за что не ввязалась бы в этот проект. Поначалу он был для меня… игрой, вот. До первой смерти… Бессмысленной и неоправданной смерти. Даже домашний скот не убивают просто так. Разве что… Лабораторных крыс. Мы для них — крысы, не более того. И неизвестно, кем будем для тех, к кому мы идем в центр Острова. Хочется верить, что братьями, но скорее всего — тоже расходным материалом.
— И ты? — с издевкой спрашивает Хелен. — Ты тоже подопытная крыса?
— И я. Только для Зары я — дочь, для остальных, как и вы, просто юнит на Арене.
— Ага, как же, «просто»! Ты юнит-маг, тебя еще когда ставили нейросеть, прокачали больше нашего, ну или как-то так ее поставили, что ты магом стала, а не простым бойцом! — обвиняет Илай.
Опять они начали собачиться. Вот же достали! Приходится снова менять тему:
— Интересно, что там, в центре Острова. Вики, как считаешь?
— Без понятия. Раньше думала, там нечто типа огромной бреши, откуда валят особо хреновые мобы… то есть монстры. А теперь Зара про этот Легион сказала. Я не понимаю, что это такое и что нас ждет.
— А ведь Зара всерьез уверена, что мир погибнет, но Легион нас спасет, — продолжает мысль Рио. — Что там за могущественные силы такие?
Делаю предположение:
— Мы трансформировались на пять-семь процентов, но даже это дает нам серьезные возможности. Ну, по сравнению с людьми без нейросети. Теперь представьте, что будет с нами, когда процент дойдет до двадцати… до пятидесяти… когда достигнет сотни? А если сотня — не предел?
Говорю это — а у самого мысли возвращаются к Ганку, моему главному врагу, который, как выяснилось, тоже на Острове.
— Фантастика, — шепчет Рио. — Уверен, военным и ученым тоже интересно, до каких пределов могут развиться люди. Мы точно не знаем, как долго работает проект, но что если ученые ни разу не видели игроков с предельными возможностями, потому что каждый раз те попадали в центр Острова, а там тех, кто не погиб, забирал Легион?
— Да куда, блин, забирал?! — бормочет Илай.
Рио поводит плечами, распрямляет ссутуленную спину и начинает по привычке активно жестикулировать:
— Центр Острова может быть путем на другую планету. А Легион — инопланетяне. Может, какая-то воинственная раса, которая так набирает новобранцев…
— Какой-то бред, — шепчет Хелен.
— Да, похоже на бред, — легко соглашается он и, повернувшись, обводит нас взглядом. — Но у кого-то есть предположение лучше? Кстати, вот мы куда-то идем — а куда? В темноте быстро собьемся и будем кружить по лабиринту. Предлагаю ставить метки на стенах. Вот такую стрелку, указывающую направление движения.
Он поднимает камень, на почерневшей от сырости стене царапает стрелку и добавляет:
— В прошлый раз мы очень быстро выбрались обратно к выходу. Кстати, Шаман точно свалил? Не наткнемся на него?
— Практически на сто процентов уверен, — обнадеживаю я. — Ему теперь вообще не до нас.
Вики светит перед собой — луч фонарика тонет в темноте коридора, упирается в стену, по сторонам видны два лаза. Беру ее за руку, пытаюсь осторожно забрать фонарик.
— Поведу я. Так будет правильнее. Думаю, ты понимаешь почему.
Она открывает рот, но передумывает возражать, разжимает пальцы. Если она ошибется, и мы станем блуждать в лабиринте, снова начнется ругань, а нам это нужно меньше всего.
Пройдя коридор, останавливаемся у перекрестка. Без раздумий поворачиваю налево. Короткий проход. Поворот направо. Налево. Налево. Направо. Системы в моих действиях нет, да она и не нужна, тут важна удача. Я иду уверенно, Рио ставит метки на стенах, мы в пути около получаса, и еще не встретили ни одной метки.
Похоже, мы удаляемся от выхода… и приближаемся к центру Арены? Тут прохладно, градусов пятнадцать, и влажно — начинаем зябнуть.
— Че-то муторно, — подает голос Илай, — неизвестно куда бредем.
— Хочешь вести? — свечу ему в лицо, он поднимает руку.
— Ты коп, что ли? Не свети!
— А ты давай поспокойней.
Хотя он прав, мы движемся неизвестно куда. Углубляемся в скалу, все больше запутываясь в лабиринте…
