– Эндри, – отозвалась она. Ее голос дрожал так же, как и тело. Она медленно отстранилась, чтобы лучше разглядеть его лицо.
Ее широкая улыбка зажгла в груди Эндри огонь – такой горячий, что теперь он не замерз бы даже в самую лютую непогоду. Он мог только вглядываться в черты ее лица, которые знал лучше своих собственных.
Едва заметная россыпь веснушек под одним глазом. Выразительные черные брови. Длинный нос. Взгляд, показывающий неустанную работу ума.
Эндри видел, что мысли крутятся в ее голове так быстро, как никогда раньше. Его счастье омрачилось едва ощутимым дурным предчувствием, словно в сладкий сироп добавили ложку чего-то кислого.
Но о чем бы она сейчас ни переживала, Эндри не хотел обсуждать это при свидетелях.
– За мной, – сказала Корэйн, а затем поднялась на ноги, увлекая его следом. Одной рукой она сжала край мантии Эндри, чтобы помочь ему встать.
Эндри улыбнулся в ответ так широко, как только мог. А потом вздрогнул, когда она задержала пальцы на его мантии. Когда ее ладонь задела краешек волчьей шкуры.
Та самая ладонь, которую он поцеловал в горящем городе, прежде чем посадил Корэйн в седло и отправил жить, а сам он остался, чтобы встретить смерть.
– За мной, – эхом повторил он.
Как бы окружение ни пыталось вернуть его к действительности, все происходящее казалось Эндри нереальным.
Дождевая вода стекала с его мантии, разливаясь по мраморному полу. С одеждой Корэйн происходило то же самое, позади нее осталась дорожка из маленьких лужиц. На ней был серо-зеленый наряд, явно сшитый в Айоне. Сквозь вырезы рукавов проглядывал бархат нижнего платья. Это было самое роскошное одеяние, которое он когда-либо на ней видел.
Но ее поношенная мантия и старые сапоги нравились ему куда больше.
– Думаю, никто здесь не будет по нам скучать, – сказала Корэйн, пытаясь подавить полубезумную улыбку. Она ласково потянула Эндри из тронного зала, оставив Древних разговаривать друг с другом.
Эндри с облегчением вздохнул. У него кружилась голова от мысли, что ему придется присутствовать на еще одном совете, да еще и в компании Древних, с чьих лиц никогда не сходило мрачное выражение.
– Слава богам, – сказал он.
– Одно Веретено в мир огненный вело, другое в мир воды дорогу открывало.
Загадочный голос Вальтик эхом разнесся по коридору. В этот раз она не просто произносила слова – напевала их на мотив какой-то странной, только ей известной мелодии.
Ведьма шла к ним едва ли не вприпрыжку, держа шишковатые руки за спиной.
Корэйн просияла и покачала головой:
– Я тоже рада видеть тебя, Вальтик.
Вальтик широко ухмыльнулась и потрепала Корэйн по подбородку, словно была не костяной ведьмой, а добродушной бабушкой.
– Одно вело к костям, другое – к морю крови, но посмотри, что нынче сталось с ними, – легкомысленно добавила она и, взмахнув рукой, исчезла в тронном зале.
– Это что-то новенькое, – озадаченно нахмурившись, пробормотала Корэйн ей вслед.
Эндри пожал плечами.
– Это началось пару недель назад, в Гальде.
– Неудивительно, что тебя приняли за налетчика, – сказала она и снова провела ладонью по волчьей шкуре у него на плечах. Затем посмотрела на висевший на бедре топор и на косички, словно пыталась запомнить его новый образ. – Ты и правда похож на них.
– Сперва я подумал, что ты Древняя, – ответил он, слегка наклонившись, чтобы его глаза оказались на уровне ее глаз. – Хоть и очень низенькая.
Корэйн фыркнула и рассмеялась. В ту же секунду двери в тронный зал захлопнулись. Древние явно были не в восторге от человеческого смеха. Эндри и Корэйн расхохотались еще громче.
– Вальтик была единственной, за кого я не переживала, – добавила Корэйн, повернувшись спиной к тронному залу. Она начала понемногу приходить в себя. – В глубине души я была уверена, что старая ведьма найдет способ спастись.
– Я выжил только благодаря ей, – без обиняков сказал Эндри. Он помнил тот день так хорошо, словно все случилось вчера. «Без нее я бы не выбрался из Джидаштерна».
– Значит, мы не зря выслушивали ее несносные загадки. – Улыбка Корэйн стала еще шире.
Их голоса эхом отражались от сводчатых потолков Тиармы. Замок снова напомнил Эндри гробницу. «Надеюсь, она предназначена не для нас».
Они разглядывали друг друга, пытаясь найти произошедшие перемены. Эндри знал, что Корэйн видит в его внешности след, оставшийся после долгих недель в путь, равно как и он замечал в ее лице все то, что ей пришлось пережить.
– Я выгляжу ужасно, правда? – спросила Корэйн, глядя на свое платье. – Древние дали мне новую одежду, но лучше не стало. Она мне не подходит.
Каким бы роскошным ни был ее наряд, Корэйн выглядела потрепанной. Она была измучена переживаниями. Эндри чувствовал себя точно так же. За это время он успел промерзнуть до костей.
– Ничего страшного, – выпалил Эндри, едва сдержавшись от того, чтобы не поморщиться, а потом попытался объяснить свои слова: – По крайней мере, ты выглядишь настоящей. Ты… – У него перехватило дыхание, а пульс забился как бешеный. – Не могу поверить, что ты настоящая. Прости, я понимаю, что говорю ерунду… Разумеется, ты настоящая.
