– Продержитесь чуть больше часа, этого будет достаточно, – ответила леди Харрсинг, тяжело опираясь на трость. – Посол Салбхай тоже проделал долгий путь и вряд ли в ближайшее время отправится обратно на родину.
Эрида с легкостью поняла смысл ее слов.
– Ах, – выдохнула она, недовольная присутствием незнакомого посла. Не говоря уже о том, что он прибыл из Темуриджена – единственной империи, которая могла сравниться с ее собственной. – Для подобных дел у меня нет ни терпения, ни времени, – добавила Эрида, склонив голову к груди, чтобы служанка сняла с ее шеи ожерелья. Другая девушка тем временем протирала изумруд на ее кольце.
– Ваше Величество вольна поступать так, как она изволит, – произнесла Харрсинг. Взгляд ее бледно-зеленых глаз, которые напоминали Эриде два ледяных кинжала, оставался таким же острым, как и всегда. – Однако нам выгодно, чтобы темурийцы как можно дольше не высовывались из-за гор. Мне не хочется увидеть на своем веку бойцов Бессчетного войска.
«Не могу согласиться», – подумала Эрида, прикладывая все усилия, чтобы сохранять невозмутимость. Она долгие годы мечтала выставить свои легионы против конницы императора Бхара, одержать победу и стать самой могущественной правительницей в этом мире.
Эрида снова посмотрела на Харрсинг, вглядываясь в морщины на ее лице. Ей было не меньше семидесяти, и она не раз становилась как мамой, так и бабушкой. Ее отпрыски жили в каждом королевстве этого мира.
Леди Харрсинг ответила прямым взглядом, позволяя рассматривать себя.
– Но мне бы хотелось увидеть кое-что другое, – добавила она, взглянув на живот Эриды.
Королева выдавила из себя сухой смешок. Ей хотелось поддразнить Беллу за столь личный комментарий, но она сдержалась. На них смотрело слишком много глаз, а сплетни по дворцу разносились мгновенно.
– Леди Харрсинг! – воскликнула Эрида шокированным тоном. Она надеялась, что легкого упрека хватит, чтобы подавить ее любопытство.
Служанки, которые подготавливали вечернее платье, замедлились, уставившись на них во все глаза. Эрида чувствовала себя запертой в клетке львицей, на которую глазеют более слабые звери.
К облегчению Эриды, Харрсинг не стала настаивать. Лишь подняла руку в знак капитуляции.
– Задавать неловкие вопросы и говорить невпопад – привилегия старости, – сказала она с легкомысленной улыбкой. Как и королева, она тоже носила маску.
Но Эрида смотрела сквозь нее и знала наверняка, что Белла Харрсинг на самом деле хитрый политик – женщина, которая уже много десятилетий удерживает свое положение при галлийском дворе. В то время как лорд Торнуолл командовал армиями, Белла вела свою войну на не менее опасном поле сражения, коим являлся королевский дворец.
– Я – мать целого королевства, а теперь еще даю жизнь новой империи, – громко провозгласила Эрида. – Не сомневаюсь, что на данный момент этого достаточно.
– На данный момент да, – отозвалась Харрсинг, согласно кивнув. Но глаза ее пронзительно сверкнули. – Только на данный момент.
Эрида медленно кивнула в ответ. Она понимала, что Харрсинг имеет в виду, но не может сказать напрямую в присутствии чужих глаз. Даже сейчас, когда в руках Эриды Галландской была вся власть этого мира, леди Харрсинг по-прежнему пыталась ее оберегать. Сердце Эриды благодарно сжалось.
«Как бы сильна я ни была, надо сделать так, чтобы лорды не сомневались в стабильности королевского рода, – подумала она. – А для этого мне нужен наследник, которого я смогу посадить на выстроенный мною трон».
– Необычная выдалась зима, – пробормотала Харрсинг, обернувшись к окнам. К ним медленно подступала темнота, которую пронзали лишь городские огни. – Говорят, на юге выпал снег, а на севере полыхает пожар.
«Пожар. Джидаштерн». Эрида замерла, борясь с подступающей тревогой.
– А еще небо, – забывшись, выдохнула одна из фрейлин.
– Что не так с небом? – резко спросила Эрида.
– Вы наверняка замечали, Ваше Величество, – ответила девушка, не смея посмотреть королеве в лицо. – Иногда оно становится красным, как кровь.
– Красным, как победа, – строгим тоном исправила ее Эрида. – Красный – цвет могучего Сайрека, бога – покровителя Галланда. Возможно, это он улыбается нам с неба.
Когда нижние платья были сняты, Эрида подошла к просторной медной ванне, стоящей у огня. С тихим урчанием погрузившись в горячую воду, она почувствовала, как усталость от долгого путешествия медленно стекает с ее кожи.
Леди Харрсинг сидела на том же месте, словно величавая птица, приглядывающая за королевой.
– Час, и ни минутой больше, – напомнила ей Эрида и запрокинула голову назад, чтобы служанки вымыли ее волосы. – Я только что вернулась в столицу. Посол Салбхай не может принять мой ранний уход за грубость, ведь так? К тому же почему бы ему не продолжить пир с другими дипломатами? Лорд Малек и лорд Эмрали наверняка будут вне себя от радости, если им представится возможность развлечь темурийского посла.
В глазах Харрсинг промелькнуло странное выражение, подозрительно напоминавшее чувство стыда.
