– Суть в том, что я не знаю, как эта штука действует. Все, что я делал до сих пор, импровизация чистой воды. Думаете, во второй раз она станет для них сюрпризом?
– Я свяжусь с орденом, – постановил мастер Ребенген. – Они сообщат все, что известно о Разрушении. Большего мы сделать не можем.
Я кивнул.
Разговор свернул в сторону хозяйственных вопросов и распределения обязанностей. Единогласно постановили, что капитан Крамер будет охранять меня, Гверрел – добывать пушки, Харек – учить Стражей ими пользоваться, а мастер Ребенген – за всеми этим надзирать. Брифинг благополучно завершился. Вот это, я понимаю, по-арконийски! За полчаса поругались, подрались, а потом занялись делом.
Сэр Эндрю отловил мастера Ребенгена для какой-то важной беседы, выглядел комендант несколько ошалевшим. А что, мужик ведь хотел получить информацию? И он ее получил! По полной.
Серые отправились к своим. Гверрел пытался журить соплеменника за отсутствие поддержки, но Харек прикинулся херувимчиком и делал вид, что не понимает, о чем речь.
Я встал и обнаружил, что капитан Крамер терпеливо ждет моих указаний. Тут уж ничего не поделаешь: я проявил власть, предъявил на него свои права, теперь в иерархии Обители Мормы я – старший координатор. Таковы взгляды Пограничных Стражей на жизнь, и иногда это очень раздражает. Но если я просто отошлю Джо к сэру Эндрю, то он обидится. Ничего не скажет, но будет смотреть как побитая собака и молча страдать. Я не могу с ним так поступить, мне придется и дальше быть Лордом.
– Пойдемте, капитан, дальше они без нас разберутся.
Он коротко кивнул и пошел вперед, показывая дорогу.
Пока мы совещались, мир погрузился в сумерки. Древние руины неузнаваемо изменились: высоко на куполе храма жарко горели последние отблески заката, а узкие галереи и дворики уже погрузились в синий полумрак.
Я пытался понять, почему Обитель напоминает мне что-то из гатангийского прошлого Тени. Наверное, это освещение – экономичные масляные фонари. В крепости, где все привозное, даже светильное масло должно было идти по счету. Серые в своей Цитадели зажигали беловатые лампы, напоминающие солнечные шары мэтра Биггена (не к ночи будут помянуты). В Академии предпочитали магию, а на улице – газовые фонари (которые попахивали тем, из чего газ добывался). Мне вдруг до смерти захотелось узнать, какого цвета уличные фонари были в Истаре и были ли они вообще.
Капитан Крамер напряженно молчал.
– В чем дело?
– Я прошу прощения, сэр, я потерял над собой контроль.
– Не надо извиняться! Контроль над собой потеряли все, а некоторые – не по одному разу.
Это его успокоило. Я не стал спрашивать: «Как там наши?», опасаясь получить в ответ сакраментальное: «Все мертвы». Десять лет для Пограничного Стража – это очень долго, а ведь у отца служили не новички. К тому же капитан Крамер наверняка не страдает сентиментальностью, и ему не доставит удовольствия вспоминать собственные глупости.
– Как ты оцениваешь оборону Обители?
– Для одиночки – неприступна. Если пойдут волной… У меня не хватит бойцов, чтобы закрыть периметр. Тем более – в две смены.
Н-да. А гарантии, что демоны пойдут в атаку ночью, нет.
– Осваивайте это новое оружие, капитан. Возможно, оно поможет компенсировать нехватку людей. Только, бога ради, не отдавайте все на откуп Серым! Они хорошие ребята, но в критической ситуации могут заметаться. А ситуация
– Без сомнения, сэр.
Мы как-то неожиданно вышли к жилым домикам, наверное, Крамер знал какой-то особенно короткий путь. Когда я остановился на ступенях крыльца, чтобы попрощаться с капитаном, над крепостью пронесся заунывный вопль.
Пограничный мрачно сплюнул.
– Ненавижу, – спокойно сообщил он. – Наглые, сволочи. Местных уродов мы воспитали – без нужды не высовываются. А эти навалили толпой и смотрят, как на клоунов.
Это он хорошо сказал. Что мы для этих созданий, если не бесплатное шоу?
– Они получат свое, но позже. Сохраняйте спокойствие, капитан!
Доказано, что амброзия вызывает сильнейшее похмелье. Откуда узнали? Да ты вокруг посмотри!
За считаные часы тонкий ручеек любопытных превратился в плотный поток, за которым Ямбет наблюдал в бессильной ярости. Теперь скрыть происходящее было невозможно. Воззвать к разуму тварей Ямбет даже не пытался, поскольку именно разума-то у них и не было. Это были демоны из внутренних районов Пустоши, истинное воинство Ракшей.
