Ребенген вздохнул и оставил Серых с их аморальными намерениями в покое. Он – чародей и должен быть выше этого, по крайней мере сейчас. Почему-то Ребенген был уверен, что конники и сами сумеют разобраться с недовольными, а ему следует начать исполнять прямое указание председателя.
Молодой Лорд уже закончил плескаться, обернулся в самую большую из имеющихся в наличии простыню (халата подходящего размера ни у кого не было) и перебрался в приготовленную для него комнату. Там расторопные слуги установили ложе из трех скамеек, дюжины матрасов и целой кучи подушек (кровати подходящего размера тоже не нашлось).
– Входите, наставник! Мы тут пивом балуемся. Не желаете?
Ребенген желал. От мага также не укрылось, что Лорд говорит о себе во множественном числе. Знать бы еще, это хорошо или плохо. И как интересно звучит у него это «наставник» – по-приятельски, что ли.
Пиво было свежим, в меру холодным и довольно-таки хмельным. Но глаза у Лорда были трезвые и внимательные. Это все масса тела – при таком весе пивом не упьешься. Чародей вздохнул.
– Гэбриэл, нам надо серьезно поговорить. Жаль, что раньше все было так… сумбурно и времени совершенно не было. Тебе по-прежнему угрожает серьезная опасность.
Юноша кивнул, словно Ребенген только что подтвердил какое-то его собственное умозаключение.
– Обстоятельства только недавно стали известны. Хотя улики формально указывают на повелителя Дарсании, за обоими покушениями стоял другой человек. Маг, – поправился Ребенген. – С прискорбием вынужден добавить, нашего ордена. Помощник главы Целителей.
– Лекарь?
– Нет-нет, понимаешь, Целители врачуют не только тело человека, но и общество в целом…
– А, потрошитель!
– Ну… Да.
Ребенген подавил раздражение. Он не привык слышать такие слова из уст своих учеников. Обычно люди с подобной лексикой привлекали внимание чародея совсем по другому поводу и, будучи прижатыми к стенке, бросаться обидными прозвищами не решались.
В конце концов, Ребенген и сам был Целителем.
– Честности ради надо сказать, что помогал он, главным образом, в силовых операциях, в том числе… э-э-э… не публичных. – Чародей помялся, а потом решил, что гатангийский вор вряд ли услышит от него что-то новое. – Короче, боевик. Проблема в том, что боевиком он и остался, несмотря на свое отступничество.
– Да, – понимающе хмыкнул Лорд. – Мастерство не пропьешь.
Ребенген глубоко вздохнул. Он терял нить разговора, что с ним бывало нечасто. «Это потому, что я не могу понять, к кому обращаюсь», – внезапно осознал чародей. Он успел близко познакомиться с обеими частями будущего Разрушителя, но не в состоянии был представить себе личность, могущую образоваться от сложения столь непохожих друг на друга индивидов…
– Зачем ему все это?
Ребенген закатил глаза:
– Если бы я знал! Я был бы самым счастливым человеком в Арконате. Выглядит так, словно он из последних сил пытается погрузить наше королевство в пучину гражданской войны. Какую выгоду из этого он надеется получить, мы можем узнать, только допросив его.
– Может, он сектант?
– Он профессиональный волшебник, а Черепа отрицают магию. Хотя и пользуются ею.
– Зачем обязательно черепушник? – пожал плечами юноша. – Мало ли психов в Гатанге живет! Вы что, готовы присягнуть, что там нигде не угнездилось каких-нибудь ревнителей Хаоса?
– Гм. – Чародей задумался. – Как вариант – возможно. Помнится, лет двадцать назад каких-то борцов за равенство гоняли. Скоморохи… Но тогда он может действовать не один, и дело еще более усложнится. Мы это учтем, Гэбриэл. Но сейчас важнее другое: пассивной защиты недостаточно. Мы не можем позволить себе ждать, когда он нападет на тебя, и пытаться поймать его на этом – будут жертвы и разрушения совершенно непредсказуемого масштаба. Поэтому оптимальной тактикой является не дать ему нанести удар. Мы не должны позволить ему приблизиться, поэтому в ближайшее время нам придется находиться в движении, перемещаясь с максимальной скрытностью и быстротой.
– Проще говоря, драпать.
– Вести позиционную борьбу!
– А что на это говорит отец?
– Принципиально согласен, но требует ускорить поиски. Он допустил на территорию Шоканги специально обученный отряд и задействовал свои собственные силы. Время! Наш успех – вопрос времени. Мы должны продержаться до тех пор, пока они не схватят Сандерса или не уничтожат его.
Юноша дернул бровью.
– Сандерс? Не Сандерс Керсен?
– Ты его знаешь? – поразился чародей.
– Он преподавал у нас рукопашный бой некоторое время.
Ребенген задумчиво наклонил голову.
– И что ты можешь о нем сказать?
