Я стиснул зубы и сосредоточился на подъеме. Хорошо еще, что Тень Магистра привычен к высоте – идущие впереди Следопыты выбирали путь по узким промоинам и едва заметным карнизам, а в некоторых местах людей приходилось затаскивать наверх на веревках. Серые привычно пользовались страховкой, но я опасался, что если сорвусь, то потащу за собой всех остальных. Где-то в верхней трети пути склон стал более пологим, и Харек объявил привал. Безумно хотелось есть, но всем раздали только по маленькому размокшему сухарику. Поднявшееся в зенит солнце шпарило вовсю. Я глянул вниз – там, где мы переправлялись, река стала еще шире, ее поверхность потускнела и наморщилась.
– Хорошо идем!.. – блаженно потянулся Харек. – Еще бы кулеша миску, да с водочкой…
У меня отчаянно свело желудок.
Тяжелый грохот разнесся по ущелью, словно отдаленный гром. Странно, небо было ясным. Все замерли, повернулись на шум.
– Капитан, а те катакомбы, о которых вы упоминали, случайно не в той стороне? – тревожно встрепенулся Ребенген.
Харек мрачно кивнул, пристально вглядываясь в даль. Внезапно его глаза расширились.
– Ложись! – гаркнул он и сам повалился на землю.
Приказ выполнили молниеносно.
– Лежать, никому не вставать! – продолжал вполголоса хрипеть Харек, вжимаясь в камни.
По ущелью пронесся нечеловеческий вопль. Если у кого и было желание нарушить приказ, теперь оно пропало начисто. Долгую минуту спустя чуть ниже того места, где мы прятались, пролетело что-то большое и черное. Очень большое. Мой глаз успел поймать лишь тень, но мне показалось, что существо чем-то напоминало птицу. С мягким рокотом тварь пронеслась мимо и пропала. Прошло четверть часа, прежде чем кто-либо решился встать.
– Явился! Он явился! Опоздали, опоздали… – слышалось тоскливое бормотание Гверрела. На заклинателя жалко было смотреть.
– Есть что-то, что нам следует знать? – настойчиво спросил мастер Ребенген.
Заклинатель ткнул пальцем в сторону умчавшегося кошмара.
– Ракш явился, чтобы возглавить войско Последнего Дня! Начинается Прилив. Мы опоздали!
– Прилив? – встревоженно переспросил Харек.
Все Серые узнали слово и забеспокоились.
– Да! И ваш драгоценный генерал знал, что так будет. Предводитель заключил сделку: если бы мы успели доставить этих двоих в Арконат, наши могли бы получить там убежище. Но мы не успели!
– Почему? – Я занервничал. – Мы все еще можем туда попасть.
– Если направление удара на Тирсин, то мы находимся прямо на острие атаки.
– Неверно! – вмешался Ребенген. – Если бы твари пришли в движение, мне сказали бы об этом вчера. У повелителя Шоканги наблюдатели вдоль всей Границы…
– Да эти их наблюдатели!.. – Харек сплюнул, выражая свое отношение к шокангийцам в целом. – Но пара дней у нас есть. Чего расселись, щенки?! Подъем!!!
Мысль о возможности оказаться на пути атакующих тварей подействовала лучше понуканий. Серые скинули с себя бесполезные теперь доспехи, побросали в ближайшую расщелину мечи и зашагали едва ли не вдвое быстрее. Слабым звеном оказался Гверрел – заклинатель отчаянно торопился, но все сильнее отставал. Мастер Ребенген подсунул ему какой-то пузырек, Гверрел безропотно выпил и стал заметно резвее переставлять ноги. Путь, на который Харек отводил остаток дня, проделали за полтора часа.
На гребне перевала я на минуту остановился, переводя дух. Перед нами простиралась безлесная, каменистая равнина с редкими кустами колючки. Никакого намека на присутствие людей. Далеко над горами висело длинное пыльное облако. Ребенген прищурился в ту сторону.
– Похоже, что он обрушил весь тоннель. Интересно зачем?
Харек пожал плечами:
– Может, со зла. Или чтобы н’ноды не прятались. Первым делом они всегда истребляют н’нодов, так что на втором круге он пойдет на некрополь.
– Вовремя мы оттуда ушли.
– Вовремя, – согласился сотник. – Передай своим, чтобы ждали нас в Роще Парсид. И пусть приготовят защитный контур.
– Они будут там, – спокойно кивнул маг.
– Главное, нам туда добраться…
После короткой передышки на перевале мы шли не останавливаясь до самых сумерек. Когда Харек наконец скомандовал привал, я нашел в себе силы помочь Серым обустроить лагерь. Чем больше людей собирает хворост, тем жарче будет огонь, верно? Запылали хитрые двойные костры, и стало возможно хоть как-то обогреться.
Я замер у огня в тяжелом отупении. И не только я – обычно бодрые и неутомимые Следопыты валились с ног, а шутки безлошадных конников Харека приобрели замогильные оттенки. Это все Мгла. И холод. Проклятая земля убивала нас гораздо быстрее, чем я мог ожидать.
Исключением из общей картины был мастер Ребенген. Чародей провел сеанс связи, осмотрел раненого Следопыта, накапал всем в кружки какого-то профилактического зелья и выставил магическую защиту. Освобожденный от своих немногочисленных обязанностей Гверрел подсел к моему костру. Было бы наивным думать, что заклинателем движет обычная вежливость.
– Крепко нас придавило, – светским тоном начал он.
– Угу.
– Ты раньше не испытывал на себе воздействия проклятия?
– Нет.
– А как же Ганту?
